Книга Аркан смерти, страница 30 – Юрий Усачёв

– Так вы тот трусливый фотограф, застигнутый за работой исподтишка?

Мой собеседник улыбнулся, отводя глаза и раскидывая руки на подлокотники.

– Я сомневался, что вы мне поверите, и планировал личную встречу только после доставки видео с вашим другом. Поэтому лучшим решением стало сбежать от вас. И повторюсь, я не был уверен в вашей безучастности во всей этой истории.

Я прищурил глаза и чуть отвёл голову вправо, не отрывая взгляда от собеседника. Его внешний вид был слишком вызывающим и не клеился с возможностью добрых намерений. Я постепенно привык к ситуации и оглядел письменный стол, на котором лежали разбросанные фотографии. На каждом снимке была Элла в разных нарядах, ошивающаяся вокруг дома Амалии.

Поймав мой взгляд, блондин снова заговорил:

– Элла Фокс… Психотерапевт-загадка. Она работает очень тихо и избирательно подпускает к себе клиентов. Это началось не сразу. Последние три года она ведёт индивидуальные и групповые психосессии только с конкретными клиентами. Статистика её работы показывает, что половина умерла по различным причинам, а другая продолжает посещать её консультации. Исключение составляете только вы, Уильям Мун или просто Лиам, как написано в вашей карточке клиента и на различных музыкальных синглах вашего авторства. Вы прервали свой курс психотерапевтических сеансов и выпали из поля зрения Эллы.

Я не успел удивиться услышанному, как он продолжил:

– Лиам, вам стоит сесть. Нам придётся кое-что обсудить.

В туманном подчинении я резко сел напротив в клиентское кресло и прошептал напряжёнными губами:

– Да кто вы, чёрт возьми?

Достав из внутреннего кармана пальто белую визитку, блондин положил её на стол. Золотой шрифт познакомил меня с информацией о собеседнике: «Аллан По. Свободный журналист и автор бестселлера «Снимая маску красной смерти» по мотивам истории о психопате-убийце Дж. Просперо».Дальше значился имейл, телефон и автограф, похожий на размалёванную розу.

– По? Серьёзно? Типа вы фанат Эдгара Аллана По? – ехидно заметил я.

– Все яркие личности выдумывают себе псевдонимы. Я посвящаю свою жизнь расследованию мрачных и запутанных историй, поэтому моё вымышленное имя – это отсылка к гениальному мистическому писателю, – с гордостью ответил Аллан.

Кукольность этого типа больше не отталкивала меня, так как его информация об Элле перевесила чашу важности. Я посерьёзнел:

– И вы видите мистику в расследуемых историях, как в произведениях Эдгара По?

– Мистика есть везде! Вопрос в том, какая она и что в ней настоящего? Вот, например, в истории Эллы Фокс очень мистично умерла половина её клиентов. И почему-то среди них нет ни одной милой бабушки или другого человека зрелого возраста.

– Может, старшие поколения не так сильно травмированы, как более молодые люди? Или они не готовы раскрывать свои потайные карманы перед неизвестным человеком? – заметил я.

– Всё та же пресловутая статистика говорит об обратном. В поле психотерапии задействованы все возрастные группы населения, но среди клиентов вашего специалиста исключительно представители молодого поколения, достигшие совершеннолетия.

Я вспомнил контингент групповых консультаций. Меня никто не интересовал на таких встречах, не было необходимости оценивать присутствующих. Но после слов этого журналиста в памяти действительно всплыли смутные лица моих так называемых собратьев по терапии. Сплошные неуверенные сопляки, упавшие лицом в собственную депрессивную блевотину и не желающие подниматься.