Книга Аркан смерти, страница 81 – Юрий Усачёв

Вспомнились видения на сеансе у Эллы. Всплыла перед глазами вся та жестокость, которую творили с Лиамом эти твари в подвале под музыкальным магазином. Тремоло в кишечнике стало пробираться выше и добралось до груди. Начался пожар около сердца, пульс участился. Поднималась волна паники. Сейчас или никогда. Друг мог почувствовать мою нервозность даже через сон. Лиам зашевелился. От меня шли слишком сильные вибрации, готовые разбудить настоящий вулкан.

Медленно и тихо я стал подниматься на кровати во весь рост. Очень осторожно, оставляя в полном покое мягкий матрас. Общий вид комнаты открылся передо мной из её центра. Потолок был низким, но из-за зеркала казался недосягаемым. Я запрокинул голову и всмотрелся в свои карие глаза. Непонятно было сейчас, где проходят края зрачка. Они слились в два больших круга, глядевших в бесконечное отражение моей души. Тёмные океаны, затаившие в себе судьбоносное решение.

Тело напряглось. Это было трудно. Я ещё раз посмотрел на Лиама и подумал о том, как нас свела судьба. Перед глазами встал образ двоих по разные стороны от ящика. Единое бьющееся сердце, к которому тянулись наши кровеносные сосуды. Не отрежу себя и не позволю им отрезать его.

Я рванул с места сумасшедшим прыжком вверх, нокаутируя потолочное зеркало кулаком. Раздался оглушительный треск. Не рассчитал приземление – левая нога ребром стопы проскользнула по поверхности кровати, и я упал спиной прямо на Лиама.

Секунды растянулись до космических размеров. Никогда я не видел такой невероятной красоты. Осколки зеркала разных размеров падали, отражая солнечный свет из окна во все стороны. Повсюду забегали блики. Белые искры чуть ослепляли глаза и падали на нас, вонзаясь в кожу. Удивительно, но я ничего не чувствовал, просто улыбался, наблюдая за игрой солнечных зайчиков и наслаждаясь световым танцем. Это было прекрасно…

Новые и новые удары осколков рассекали наши тела. Кожа стала порванной, как старый ковёр, изъеденный стаями моли. Кровь текла медленно и смывала мелкие куски зеркала. Из нас будто выросли острые сталагмиты.

Я услышал глухие бульканья – один большой осколок рассёк Лиаму горло.

Потолок всё ещё сыпал на нас необыкновенный зеркальный дождь. Огромный кусок прямо над нами пошёл трещинами в следующие молекулы секунды, которые я ощущал как спокойные минуты обычного дня. Он оторвался от потолка и полетел вниз треугольным остриём. Тут я всё почувствовал. Зеркало разорвало мой живот. Оно проткнуло насквозь меня и лежащего подо мной Лиама.

Дыхания не было. Руки, ноги и голова дрожали в мельчайшей вибрации. Изо рта хлынул поток крови, желудок пытался сократиться, чтобы рефлекторно выкинуть её наружу. Глаза перестали видеть, и мозг пустился в отрыв, в панике взрывая салюты гормональных смесей, чтобы сделать уход пафосно прекрасным. Разноцветные искры и вспышки поплыли анимационной картинкой перед глазами. Они перенесли нас в ту же самую комнату, туда, где всё было хорошо. Потолок был цел, Лиам спал, а я охранял его сон.

Мы навсегда остались в Зазеркалье.

Говорят, религии спорят между собой, спотыкаясь о сопротивление понять одна другую. На самом же деле спорят люди, которые придерживаются конкретной теории и свято верят в её истинность. Как существует душа и каков её путь, определяет сам человек. Ищет себя на разных территориях, в отражениях глаз визави, на дороге духовных скитаний. Поиск ли это?