Книга Другая жизнь Адама, страница 30 – Юрий Усачёв

Как ни странно, я чувствовал себя хорошо, только снова не понимал, что происходит.

Это явно читалось на моем лице, потому что Гермес вслух сделал заключение:

– Ты меня не узнаешь.

Мы молча смотрели друг на друга, будто проверяли, кто из нас первый моргнет.

Я прошептал:

– Опять?

– Что опять? – возмутился Гермес.

– Опять… я не знаю… ничего не знаю.

Гермес улыбнулся и направился к выходу, почесывая подбородок левой рукой. Взяв стоявший у двери стул с изогнутой спинкой, он подтащил его на этот раз с правой стороны от кровати. Пришлось снова повернуть голову, хотя такое простое движение давалось мне с невероятным трудом.

– Вы тот самый известный коллекционер, Гермес, – прохрипел я. Голос уже начинал проскальзывать в поток воздуха из моих легких. – Но…

– Так-так-так, – перебил меня маленький человек и, забравшись на стул, уселся на него со скрещенными ногами, как Будда. – Прежде всего давайте разъясним. Здесь мое имя Алекс ЭмДжи. Это псевдоним. Зачем мне он нужен? Чтобы быть здесь, но по минимуму провоцировать в тебе воспоминания из настоящего. К сожалению, ты все время сбоишь, поэтому рассказываю тебе правду. Настоящие имена у всех работников давно стерты, да и Гермес – тоже прозвище, которое я получил, потому что отвечал за отслеживание твоих жизненных циклов в период пренатального взращивания. В мои обязанности входило сообщать всей группе об изменениях, происходивших внутри тебя, другими словами, я приносил вести. Как Гермес. Так меня и стали звать. Когда твой проект был запущен, а Ив сбежала, все пошло наперекосяк. Я решил, что буду присматривать здесь за тобой, но поживу под другим именем. Взяв первую букву прозвища Гермес в виде латиницы, я добавил «М» от слова «мужчина». Я же мужчина! Так получилась фамилия MG – ЭмДжи. Гениально же, да?! А имя выбрал от балды.

Алекс ЭмДжи был явно собой доволен и сидел в ожидании моей реакции на его феноменальное изобретение псевдонима.

Я сглотнул те малые дозы слюны, что еле скапливались у меня во рту, и ответил:

– Моя голова больше не выдержит. Неужели опять спутанность сознания? Я потерялся и забыл последние часы? Куда подевалась доктор Шонхер?

Маленький человек на стуле прищурил глаза и спросил, подавшись к моей кровати:

– Ты хоть понимаешь, кто ты?

Я очень медленно помотал головой вместо ответа.

– Что ж… Мы зашли в тупик. Будем отключать.

Алекс спрыгнул со стула и со всей силой ударил меня в грудь так, что из легких выкашлялся весь воздух с резким хрипом.

В глазах все замигало и наступило ничто. Где-то из темноты зазвучал мягкий голос маленького человека:

– Я, Гермес, работник лабораторий идиозиса, со всей ответственностью прекращаю погружение проекта «Адам 2.0». Третьего сентября две тысячи тридцать шестого года.

Ничего не происходило. Не было никаких чувств. Казалось, вокруг огромное космическое пространство, живущее в темноте, но имеющее разум. У меня нет никаких очертаний. Меня самого нет. Или есть?

Время текло, длилось в состоянии тишины, но в этом не было ни грамма тоски. Вероятно, наступила смерть. Так вот какая она. Совсем не страшно и нет пустоты. Я все еще здесь, но не знаю где. В нигде.

Мысли больше походили на вопросы, сталкивающиеся в виде невидимых молекул. Вот одна летит сквозь мое ничто со скоростью света, но я замедляю это действие. Вижу все невидимое, потому что это мое. Вторая из небытия пересекает темноту чуть выше первой. Потом третья, четвертая. Решаю ускорить происходящее, и вот уже рой мыслей-молекул словно пчелы суетится в красивом истеричном танце. Приостанавливаю движение, потом отпускаю. Я хозяин и повелитель этого маленького мирка молекул, которые даже не знают о моем существовании. Неужели именно так существует Бог?