Книга Другая жизнь Адама, страница 78 – Юрий Усачёв

Я был поражен.

– Понаблюдав за вами, я предположил, что вы в неведении. Не знаете, что она творит. Ваша спутница либо причастна к преступлениям, либо совершает их сама. Скорее всего, второе. Поврежденную психику я давно умею различать. Ваша тоже покалечена, но по-другому. Мне незнаком ваш психотип. Поэтому я решил проверить вас и выдал все в лоб.

– Я… – Мой мозг пытался сформулировать комментарий к услышанному.

– Ваше лицо все за вас сказало. Вы не соучастник и не покрыватель.

Вопроса не прозвучало. Он сказал последние слова утвердительно. Что мне делать?

– Как вы все это выяснили?

Абсолютно серьезно парень заявил:

– У меня есть особые навыки. Мое прошлое не дает мне покоя.

– Что вы имеете в виду?

– Пока у меня нет уверенности, что вам можно доверять, но чутье толкает вывалить все подробности. Вы что-нибудь слышали о секте под названием «Общество Ноя»?

Холод зацепил мои брови и потащил на макушку, пока ступор отгонял от щек кровь.

– Вижу по реакции, что слышали. Так вот, я – бывший ее член. Именно бывший! Эти твари научили меня быть ищейкой, но в то же время испоганили. На самом деле я уже пересекался с вашей девушкой. Даже пытался ей помочь. Сейчас она меня не помнит и, думаю, убивает людей по песенной схеме. Вопрос сейчас в другом: кто же вы такой?

Самообладание возвращалось, откидывая по пути шоковые волны. Ведущий новостей – бывший член «Общества Ноя». Он знает Ив и раскусил ее действия.

На этот раз я сам протянул ему руку:

– Меня зовут Адам. Похоже, нам многое нужно обсудить. Тем более, времени до следующего убийства, как мне кажется, остается немного.

Париж дышал осенью и абсолютно спокойно позволял людям творить все, что им заблагорассудится. Ему было все равно. Если присмотреться, заметно, что город немного устал. В одних органах у него были опухоли из свалок. Они разрастались и иногда давали метастазы в кровеносные улицы. В редких случаях появлялись антибиотики на колесах и отзвозили лишние клетки с отходами на утилизацию. Люди-бактерии слонялись повсюду, что не всегда было Парижу на пользу. Ближе к зиме он простужался, и тепло человеческих грел согревало, разгоняло застои желчи. Летом появлялись спасительные витамины в виде туристов из экзотических стран.

Если загорался огонь в области желудка, это могло сильно беспокоить. Изжогу Париж не любил. Терпел, пока пожарные-лейкоциты придут на помощь. А вот взаимоотношения между людьми его мало интересовали. Одни клетки в организме всегда атакуют другие, поэтому в убийства граждан город не вмешивался. Можно было бы устроить препятствия во время погони в виде обвала асфальта над старой канализационной трубой или упавших кирпичей прямо на голову с крыши дряхлеющего здания. Но зачем? Пусть сами разбираются.

Недавние убийства тоже не волновали его, ведь корень зла не в одной женщине. Фактически она жертва, да и где доказательства?

– Где доказательства? – спросил я. – Вы спрашиваете меня, почему я еще сам не сдал Ив полиции. Но как? Чем мне подтвердить это?

Мы сидели в захолустном кафе, где подают все самое пережаренное на одном и том же дешевом масле. Андре, так в конце концов представился ведущий новостей, привел меня сюда, чтобы скрыться от посторонних глаз. Я тоже сказал ему только свое имя. Заказав по приторному соку из яблок, мы обсудили наше прошлое.