Книга Всеслава, страница 169 – Тина Крав

— Я не понимаю, о чем разговор, — на самом деле девушка начала догадываться о причине их встречи.

— Из-за тебя подрались два моих лучших дружинника. Оба ранены. Участвовать теперь в боях не смогут. А ты ходишь, как ни в чем не бывало.

Слава продолжала совершенно спокойно смотреть на князя.

— То, что подрались два лучших дружинника, моей вины нет. Просто вашему дружиннику, до сих пор никто не объяснял, что ухаживать за чужой женой, по крайней мере не учтиво.

Князь сложил руки на груди и закусил губу.

— Как бы там ни было, это касается не только вас. В мирное время я бы и слова не сказал. Но сейчас мы на грани войны. И я считаю, что ты могла бы загладить вину, попросив прощения и помогая ухаживать за Остромыслом, чтобы он как можно быстрее вернулся в строй.

Славе показалось, что она ослышалась. Но выражение лица князя не оставляло сомнений в том, что он сказал. Девушка усмехнулась.

— Вы сами себя слышите? Чтобы я просила прощения и ухаживала за человеком, который не выказывает мне уважения, как жене своего боевого товарища?

— Мне все равно на твои чувства. Мне надо чтобы Остромысл быстрее вернулся в строй. Это мой приказ. Иди и помоги ухаживать за ним! — Князь отвернулся, показывая, что разговор окончен.

— Нет!

Князь медленно повернулся к ней. Густые брови сошлись на переносице, а лицо исказилось недовольной гримасой.

— Что???

— Я сказала «нет», — повторила Слава, ничуть не испугавшись гневного рыка.

— Ты смеешь мне отказывать?

— Да. Я смею вам отказывать.Я не буду ухаживать за Остромыслом. У меня есть муж. Он тоже ранен. Вот за ним я и ухаживаю. Поищите кого-нибудь другого смотреть за вашим дружинником.

Лицо князя побагровело, рот открылся в беззвучном крике. Через секунду кулак с грохотом опустился на стол.

— Гостомысл!

— Слушаю, князь, — словно из ниоткуда возник слуга.

— Двадцать ударов розгами. Пусть подумает над тем, как вести себя со мной. А то слишком дерзкой стала.

Слава вздрогнула, услышав приговор, но постаралась не показать вида. Она помнила, чему учил муж. Если противник увидит страх, то можно считать, что уже проиграла. Надо держаться, как бы не было страшно и больно. Она справиться. Главное, чтобы ребёнок не пострадал. Все остальное она переживет. Шагнув к ней, Гостомысл хищно оскалился.

— Пошли, ветрогонка*(вздорная), научим, как с князем себя вести.

Схватив ее за плечо, он с силой толкнул девушку вперед. Под силой толчка, Слава пролетела вперед и чуть не упала. Ее подхватил один из стражников у дверей. На его лице было написано сочувствие. Сердце девушки упало. Сможет ли она? Но лучше получить удары розгами, нежели склонить голову перед низким и подлым человеком. Вскинув голову, она вышла на крыльцо и спустилась во двор. Ее провели в огороженный деревянными поручнями круг, где происходили тренировки ратников и дружинников. Мужчины постепенно прекращали тренировку, опуская оружие. Вскоре вокруг стало невероятно тихо. Все недоуменно переглядываясь. Гостомысл толкнул ее к одному из столбов, на котором был прибит круг для лучников.

— Завид, — крикнул Гостомысл одному из ратников, — привяжи ее!

— Что случилось? — раздался из толпы чей-то голос.

— В чем вина ее?

— Позовите Искро!

— Еще один шаг, — обернулся Гостомысл к тому, кто хотел бежать за степняком, — и ты окажешься на соседнем столбе, — мужчина, прищурившись замер, а несколько ратников шагнули назад, перекрывая ему путь. Слава посмотрела на них, понимая, что это явно те, кто ненавидит ее мужа. Они не станут разбираться в том, что произошло. Увидеть наказание жены степняка для них важнее правды.