Книга Всеслава, страница 186 – Тина Крав

Рука женщины замерла и медленно опустилась вниз.

«Слава»

Девушка проследила за взглядом матери. Над рекой, рассеивая мрак и смрад, плыл Перунов цвет, завораживая и маня своей таинственностью. Слава протянула к нему руки. Боль, острыми иглами пронизывающая ее, отступила. Дышать стало немного легче, а свет уже не так болезненно лишал зрения.

Слава открыла глаза, уставившись в потолок. Она словно вынырнула из темных глубин. Медленно повернула голову, оглядываясь. Она лежала на скамье в бане, укрытая шкурами. У невысокого окна, прислонившись плечом к стене стоял Искро, задумчиво глядя на проливной дождь.

— Искро… — девушка сама не узнала свой голос. Настолько он был севшим. Он обернулся и шагнув к ней, присел рядом. Его рука легла на лоб, проверяя нет ли у нее жара. На лице отразилось облегчение.

— Сколько я здесь? — тихо спросила девушка.

— Три дня, — его голос звучал глухо. Слава прикрыла глаза. Ее руки легли на живот.

— С ним все нормально, — услышала она голос мужа и открыла красные воспаленныеглаза. Она облегченно выдохнула. В памяти всплыли воспоминания произошедшего.

— Искро, — она протянула к нему руку, слегка сжав ладонь, — я хотела рассказать… По поводу того, что случилось…

— Не сейчас, Слава. Тебе поправляться надо. А мне в дозор надобно. Ватажники на обоз киевского князя напали.

Он посмотрел на нее. Его взгляд был холоден.

— Остромысл тебя больше не побеспокоит, — его тон был на удивление ровным и спокойным, — не советую со двора выходить. Стражу поставить не могу. Степняки близко. Волхв за тобой присмотрит.

— Когда ты вернешься?

— Не знаю.

Он поднялся и шагнул к двери

— Искро…

— Не надо, Слава, — откликнулся он, но даже не обернулся, — не сейчас.

Слегка склонив голову в притолоке вышел из бани.

Она всхлипнула, только сейчас осознав, что тихо плачет. Повернувшись на бок, спрятала лицо в мягкой шерсти и позволила себе расплакаться. К вечеру пришел Волхв, разбудив ее и напоив какими-то травами. Она снова уснула. Следующий день пролежала в одиночестве, глядя на косые струи холодного осеннего дождя. Тихо скрипнула дверь.

— Слава?

Девушка встрепенулась.

— Тешка?

— Не против, если с тобой посижу?

— Нет, что ты. Я буду рада. А то я совсем одна.

Подруга присела рядом, оглядывая ее.

— Неважно выглядишь, — заметила она, — как малыш?

— Вроде нормально. Тешка, что происходит?

— Богдан говорит, что степняки последнее время все яростнее стали. За последний день несколько деревень сожгли. А тут еще дань киевского князя ватажники перехватили, так они совсем озверели.

Слава вспомнила, что Искро ей об этом тоже говорил.

— А что с Остромыслом? — наконец решилась узнать Слава. Тешка покосилась на нее.

— А ты как думаешь? — Видя недоумение на ее лице Тешка тяжело вздохнула, поглаживая живот, — на тот свет отправил его Искро. Не смогли остановить. Князь был в ярости. Его в темнице заперли. Тебя вон в погреб. Если бы не угроза со стороны степняков, казнил бы обоих. Слава, ну что происходит?

— Он сказал, что прошение князю на разводную запись отправил. Чтобы разлучить нас с Искро. А потом… Потом, — Слава всхлипнула, — он сказал, что я Искро изменяю. Что, когда он в дозоре, я сама за ним бегаю.

— Но это же неправда! — возмутилась Тешка.

— Неправда. Да только Искро так взбесился, — Слава посмотрелана нее, — он мне велел со двора не выходить… Нас все ненавидят?