Книга Всеслава, страница 4 – Тина Крав

Сестра покачала головой, припоминая слова тятеньки.

— Дурная ты, Славка. А старшая. Ты хоть внешностью не вышла, зато духом сильна. Воину этому можешь под стать оказаться. Да и в глаза твои глянет и покой потеряет.

— А что мои глаза? Обычные, — пожала плечами Слава, вновь усаживаясь на траву, — скажешь тоже.

— Ты себя со стороны видела? Особенно когда с тятей споришь? Ты вся словно преображаешься. Глаза горят. Щеки, как маков цвет. Вся такая, подбираешься, как волчица передпрыжком. Не узнать тебя становится, Слава. А ты говоришь — серая…

Слава рассмеялась, откидываясь на теплую землю и вытягивая руки над головой.

— Смешная ты, Журавушка. Глаза горят. Они блеклые у меня. Гореть не чему.

Сестра с улыбкой посмотрела на нее.

— А если понравишься ему? Что делать будешь? — хитро прищурившись спросила Жура. Слава потянулась, глядя на медленно плывущие по голубому небу перистые облака.

— Прямо ему скажу, что люб мне другой. Попрошу отказаться от меня.

Журавушка вновь припомнила слова отца и вздохнула. Зря сестра на это надеется. Вряд ли этот воин пойдет против воли князя. А значит придётся сестре на Любомир скоро идти. А там, смотришь и они с Малушой замуж пойдут.

— Думаешь откажется? Ведь против князя идти придётся. На это не каждый решится. — Журавушка сорвала несколько травинок и сложила их вместе, начиная плести венок, — к тому же тятенька торопится. Видимо к Купале отдать тебя ему желает.

— До Купала времени мало, — согласилась с ней Всеслава, — надо с Волхвом поговорить. Попросить, чтобы срок долгий дал. Хотя бы до вересенья (сентябрь). А уж после и видно будет…

— Глупая ты, Славка. Волхв богов слушает. И сделает он, как ему велено будет. Тебя он даже слушать не станет.

Слава сникла, обречено глядя на сестрицу. Права она. Да только сдаваться ей не хотелось.

— Я все равно к нему сбегаю, — переведя погрустневший взгляд вдаль проговорила Слава, — попрошу у богов спросить о суженном. И знаешь что? Я к нему прямо сейчас пойду. Чего тянуть — то?

— Куда ты? — схватила сестру за подол поневы Жура, — темнеет. К Волхову через лес идти надо. Волкодлака встретить можешь.

— Успею до темноты. А волкодлаки мне не страшны. Я Лешего о защите попрошу. Да одежку наизнанку выверну. — Слава посмотрела на взволнованную сестру. — Тятеньке не говори, куда я. А то житья мне не даст.

Освободив юбку из рук сестры Слава кинулась прочь. Незачем сестрице знать, что он не к Волхву пошла. Да и в лес заходить не будет. Стороной пройдет. Тропинка там есть, мимо ведущая. Так ей спокойнее будет. Слава посмотрела на ярко — оранжевый диск Солнца, практически лежавший на земле.

— Ладушка, помоги мне, неразумной, — прошептала девушка, глядя на темнеющее небо, — приведи меня к суженному. Ведь сердце мое ведаешь, Матушка. Не хочунелюбого женой быть.

Девушка оглянулась через плечо, на деревню и бросилась через луг к лесу. Подол юбки — понёвы обвил ее ноги, коса била по спине, но она, не сбавляя скорости птицей неслась в лес. Она всей душой верила, что Лада услышит ее мольбы. Не может не услышать. Нырнув между кустами, она спряталась в тени и снова оглянулась. Хвала Перуну, ее не заметили. Теперь можно и до дальнего поля добраться, где Услад пас стадо и даже не догадывался о том, что ее хотят отдать за другого.