Книга Брошенная драконом. Хозяюшка звериного приюта, страница 43 – Дита Терми, Эя Фаль

Ночная охота в Гиблых землях всегда оставляла следы. Кровь. Кости. Обрывки плоти. Даже если твари уносили добычу глубоко в болота, оставались пятна, запахи, магический шлейф боли и смерти. Так было десятилетиями. Так было всегда.

А теперь... ничего.

Ни одного сигнала. Ни одного следа, который можно было бысписать на естественный порядок этих мест. Только тишина и безмятежность.

Гаррет стиснул зубы. Он слишком хорошо знал, что означает такая тишина. Это была не пустота. Это был контроль.

Когда-то он был уверен, что просчитал всё.

Источник Живого Дома давно уснул. Не просто ослаб – он был задавлен. Проклятие, наложенное на знаменитого генерала Стоунхилла, шло глубже, чем считали придворные маги. Оно не ограничивалось телом и разумом одного человека. Оно якорилось в земле, цеплялось за старые договоры, вытягивало силу из узлов, разрушало связи. Шаг за шагом, год за годом.

Дом тогда никак не реагировал.

Не закрывал границы и не защищал.

Даже не звал.

Он просто стоял гниющей оболочкой того, чем когда-то был. Пустой, холодный, обречённый. А вокруг него тем временем неумолимо росли болота и множились ночные твари, чуткие к страху, к свежей крови, к одиночеству. Они не всегда охотились из-за голода, чаще это происходило из их врождённого инстинкта. И первая ночь всегда была решающей. Если ты слаб – тебя пожирали сразу.

Именно на это Гаррет и рассчитывал.

Элира не была ни воином, ни магом – по официальным записям, по отчётам наставников, по всем проверкам. Тихая, аккуратная, привыкшая к защищённой жизни, к стенам, к правилам. Она не знала, как ставить защиту. Не знала, как скрывать запах. Не знала, как пережить ночь в месте, где сама земля презирает слабаков.

Расчёт Гаррета был прост. Всего одна ночь – и от неё не останется даже следов.

Но теперь… теперь что-то не сходилось.

Почему-то твари не подходили к дому. Они ходили по маршрутам, словно признавая невидимые границы, и даже ночью держались на расстоянии. А днём вели себя упорядоченно, почти… разумно.

Гаррет медленно выпрямился в кресле.

Это было невозможно без активного источника. Страх сам по себе не удерживает Гиблые земли. Мёртвый дом не диктует правила. Даже сильная магия не способна так долго держать баланс без подпитки.

Следовательно, источник проснулся. Или кто-то подключился к нему напрямую.

Мысль была неприятной, но логичной. Он прокрутил в голове все варианты и один за другим вычеркнул их.

Если бы Элира погибла, наёмники нашли бы останки. Если не тело, то хотя бы следы. Дом был бы пуст, разорён, окончательно мёртв. Твари не стали бы мешать охоте, наоборот– присоединились бы к ней.

Но исчезли не только слуги. Исчезли наёмники. Но если первую группу ещё можно было как-то списать на неудачу – болота, ошибки, внутренние разборки, – то вторая ведь тоже пропала полностью. Бесследно растворилась в небытие, как будто их устранили.

Гаррет медленно выдохнул сквозь зубы.

Элира не могла подчинить тварей сама. Даже если допустить невозможное, это слишком быстро. Случайное пробуждение дома без катализатора – бред. Чужие маги не стали бы оставлять дом живым – они бы выжгли всё и ушли.

Оставался один вариант, который он и так до этого обдумывал.

Торрин.

Если проклятие не убило его, а всего лишь сломало, но не уничтожило... то теперь, находясь рядом с домом, он стал ключом. Тем самым якорем, который вновь включил старый механизм. Так что Элира могла стать той, кто оказался рядом в момент пробуждения и, вопреки всем расчётам, выжила. В итоге воедино складывалась картина, которую Гаррет уже не мог игнорировать.