Книга Госпожа Чудо-Юдо, страница 225 – Эя Фаль

– Его. И советница утверждает, что он позарез нужен ей в какой-то секретной лабораторной программе по решению демографического кризиса плывчи.

– Ерунда какая! – фыркнула Мара Танн. – Всем уже давно ясно, чта программа абсолютно бесперспективная. Не знаю, зачем Фи всё ещё продолжает исследования, но имейте в виду – скорее всего это враньё. Наша уважаемая советница вообще талант по части вранья и интриг. Знали бы вы, как она ловко сумела подвести мою мать год назад под конфискацию рабов, хотя никаких умышленных убийств та не совершала! Один раб скончался из-за несчастного случая на полях йанана – просто уснул среди посадок, и на него наехал колесом транспортный киберсборщик. А Фи лично свидетельствовала, что его ликвидировали по приказу матери, ещё и видео с регистратора предоставила… – она скривилась и злобно добавила: – Я вообще думаю, что этот наезд она сама как-то умудрилась организовать.

– А зачем это ей это понадобилось? – непонимающе спросила я. – Ну конфисковали рабов, и что? Каким образом это сказалось на политическом соперничестве вашей матери и советницы?

– Всё дело в моем брате… том самом незапланированно вылупившемся мальчике, – буркнула космозонка. – Мать скрывала его от всех под видом домашнего раба. К сожалению, в нашем обществе личного раба куда легче защитить от посягательств, чем свободного мужчину-домочадца.

– Вот как! Значит, ваш брат попал под конфискацию…

– Если бы просто попал… – вздохнула Мара Танн. – Мы бы быстро нашли подставное лицо для выкупа. Но его перехватили почти сразу, как он попал в рабскую резервацию Содружества. И тут я тоже подозреваю руку Фи… Потому что от потери своего драгоценного отпрыска мать потеряла интерес ко всему, кроме его поисков. Карьера, политика, интриги, даже моя жизнь – всё ей теперь параллельно. Срань тупорожья! Куда ни глянь, везде Фи поработала! – выругалась она и в сердцах двинула кулаком по скамеечке. – Хочу напиться. Зря вы лишили меня этой дряни.

– Уверена, что у вас достаточно силы воли, чтобы не поддаться искушению, – заявила я поспешно, надеясь, что Мара Танн ещё не дошла до той кондиции, чтобы наплевать на гордость и уйти в запой окончательно.

…и снова поймала острый умный взгляд, полный интереса. Даже сквозь приличную степень опьянения в глазах Мары Танн светился интеллект незаурядной для космозонки личности.

– Ладно, воздержусь, – вдруг покладисто согласилась она. – Знаете… мне пришла в голову мысль, что нам стоит подружиться. Вы удивительно благотворно на меня влияете. Давно уже беседы не действовали на меня так… освежающе. Кто знает, может, и вам наше общение принесет определенные выгоды? Во всяком случае, я постараюсь этому поспособствовать…

Предложение о дружбе мне понравилось. Я собиралась активно поддержать его и кивнула, но меня перебил звук барабанной дроби по громкой связи. А следом над внутренним двором разнесся повелительный голос Великой Госпожи:

– Время выбирать жертвенного раба!

На дальней стороне двора, окольцованного внутренней стеной здания Чертогов, развернулась огромная голограмма в виде экрана. Изображение коренастой космозонки в черно-алом боди, украшенном сиреневыми бриллиантами, встало с кресла и опустило руку к услужливо поднесенному рабами подносу.

Спустя мгновение голограмма уже демонстрировала зажатый в холеных пальцах кругляш под номером «девяносто шесть».