Книга Господин Чудо-Юдо, страница 128 – Эя Фаль

– Скорее! – поторопил Тэймин и напористо оттеснил меня в самый угол.

Мастер Фьолл нырнул в лифт одновременно с Хрыком, взвалившим вяло-сонную космозонку на себя, и дверь лифта резко закрылась, отсекая от нас приближающиеся голоса группы центавритов. Когда сила тяжести от скоростного подъема навалилась на плечи и спину, я облегчённо выдохнула. И позволила себе расслабленно уткнуться лицом в широкую грудь Тэймина. Он вспотел, и мне это даже нравилось. Свежий пот усиливал знакомый запах его тела, который одновременно умиротворял и будоражил мои чувства.

А вот я сама пахла не слишком приятно – по известным причинам целую вечность не заходила в кабину ионного душа. Если получится благополучно вернуться в мое поместьена острове Йо, буду плескаться в настоящем горячем водном душе целые сутки...

«Мне нравится эта идея», – прошептал Тэймин в моей голове, и я вспыхнула, припомнив, что именно с душа началась наша первая брачная ночь.

Где-то на периферии моего внимания Хрык бесхитростно спросил моего отца:

– Слышь, диниту... если ты умеешь так за нос водить, зачем тогда маски?

– Видеонаблюдение, – коротко объяснил мастер Фьолл. – Обмануть камеры я не могу. Наблюдатели с мостика должны видеть полное соответствие картинки с твоим заявлением о шпионах.

В медотсеке оказалось полно раненых центавритов, крайне недовольных отсутствием доктора. Чтобы не быть обнаруженными, нам пришлось выйти уровнем ниже и ждать Хрыка на лестнице. Вернулся он быстро, с искомой маской и красноречиво подбитым глазом.

– Им не понравилась новость, что доктора Чьена прикончил пожиратель, – угрюмо проворчал он.

С надеванием масок возникла заминка. Не из-за мастера Фьолла, конечно. Последний снова покопался в нейроконтроллере и пси-блокираторе, а затем спокойно приложил шарик гиперсжатого масочного схрона к своей макушке, активируя ее. А вот Тэймина парализовало триггерным ступором. Он пристально смотрел на шарик второй маски в своих руках, а зрачки сузились до такой степени, что казались черными точками.

– Че тормозишь? – грубо поторопил его Хрык и протянул руку. – Времени в обрез, давай нацеплю.

Тэймин разом очнулся и остановил его резким поворотом головы. Выражение лица у него было такое безжизненно-жесткое, что центаврит невольно сделал шаг назад и опустил руку.

– Нет, – ровно ответил он. – Я сам.

Одним четким скупым движением, механическим, как у робота, он активировал маску и бросил на меня короткий взгляд – за мгновение до того, как черная органика вырвалась из плена гиперсжатия и облепила его кожу. Возникло жуткое ощущение дежавю от нового лицезрения раба в черной маске. Я порывисто вздохнула, испытывая горечь и острое желание немедленно освободить его от рабского атрибута, чтобы снова увидеть светлое мужественное лицо с точеными чертами, фантастически красивые фиолетовые глаза и крепко сжатые губы. На них так редко появлялась улыбка...

«Не надо жалости, Гайя, – прилетел его ментальный шепот. – Только не от тебя. Я больше не тот рефлексирующий раб, которого ты вытащила со спутника Демо».

«Это не жалость, Тэймин, – я шагнула ближе и коснулась его руки, чувствуя щекочущий ток ласковой энергии. – Это сопереживание.»

Помедлив, он стиснул мою руку и не выпускал ее до самого верхнего уровня, где находился «капитанский мостик». Лифт вознёс нас туда в считанные секунды, дав ощутить резкое понижение температуры. Хоть я уже и привыкла, внизу действительно было жарко, выдавая неполадки в работе реактора.