Книга Господин Чудо-Юдо, страница 50 – Эя Фаль

– Слушайте внимательно. Испытания довольно условные, но они должны показать свидетельницам, что жених абсолютно смиренно и покорно готов принять любые действия будущей жены-госпожи. Без принуждения через ошейник или маску, добровольно. И если речь идёт о рабе в статусе «особо опасен», с нестабильной психикой... такие обычно проваливают испытания, начинают артачиться или даже иногда нападают на окружающих. Надеюсь, ваш раб более адекватный и не возмутит нашу старушку зрелищем неприличного сопротивления.

– Он адекватный, уверяю вас.

– Отлично, – удовлетворённо сказала Мара Танн и продолжила: – Так вот, этапа всего три. Первый, как вы поняли, это флагелляция. Порка. Свидетельницы неспешно пьют мелкими глотками ритуальный напиток ай-ши, а невеста в течение ровно тринадцати их глотков ходит вокруг жениха и работает плёткой над его телом. Спина, живот, грудь, ягодицы... Обычно для этого используют проклёпанный паддл, но вам мы его заменим на бархатный флоггер.

– Что это за штуки? – беспомощно спросила я, всё больше чувствуя себя овцой, загнанной в угол на убой.

– Хм, вы и этого не знаете? Паддл – это что-то вроде гибкойлопатки с металлическими заклёпками. С ним порка получается достаточно жёсткой и эффектной. А флоггер, да ещё и бархатный... ну, это просто забавная игрушечка, полная ерунда. Чисто приласкать и полюбить своего женишка с обоюдным удовольствием.

На подгибающихся ногах я подошла к койке Норта – она стояла ближе прочих, – и села. Прикрыла глаза, чтобы набраться мужества и задать следующий вопрос:

– А что со вторым и третьим испытаниями?

– Во втором испытании по традиции невеста ставит свою подпись острым ножом на коже жениха. В любом месте.

– Альтернатива есть?

– Для вас, Гайя, всё, что пожелаете, – усмехнулась Мара Танн. – Мы заменим вам нож на его имитацию с функцией красного маркера. Что касается третьего испытания... сбрую со страпоном вам, конечно, придется на себя нацепить. Чисто для видимости. И, собственно, изобразить, что вы что-то им делаете длительностью на один очень быстрый коитус.

– А нельзя обойтись вообще без этого? – взмолилась я. – Договориться как-нибудь... я готова заплатить престарелой госпоже Друвено достойное вознаграждение!

Мара перевела вопросительный взгляд на мать, и Ойсу Танн с сожалением покачала головой.

– Дорогая, если бы речь шла только обо мне и Маре, мы бы просто заверили документ и всё. Но, кроме Наны Древано, ни одна космозонка не то, что деньги не возьмёт, но и даже закрыть глаза на имитацию не согласится. Для этого нужны более серьезные рычаги, чем просьба об услуге или материальный соблазн. А вот проигнорировать помолвочный месяц можно легко, он необязателен.

Я молча кусала губы, обдумывая, как буду рассказывать весь этот «свадебный» бред Тэймину. Космозонки понимающе переглядывались, давая мне время переварить новости.

– Когда вы хотите назначить испытания? – мягко спросила Ойсу Танн.

– Завтра вечером. – Встав, я отрывисто сказала: – Мне нужно всё обдумать. Спасибо за откровенность.

Вернувшись на второй этаж, я нашла Тэймина в своем кабинете. Он сидел перед компьютером и внимательно читал «Рабскую декларацию» – занятие, вполне ожидаемое от жадного до информации Тигардена-2.

Полагая, что планетарный разум по-прежнему доминирует в теле диниту, я присела на край стола и пожаловалась: