Онлайн книга «Калифорния»
|
— Ой, да чего ты так паришься из-за этого поцелуя?! — ухмыльнулся он, демонстрируя дружелюбную расслабленность. Не заметить мою нервозность было сложно — руки так и ходили ходуном сминая и сворачивая в трубочку злополучный сценарий, где я должна была (О ужас!) — целоваться с Фредди на глазах у шумнойкомпании. — Не, ну правда зря ты так волнуешься. Это же ерунда. Хочешь, открою секрет? Я так вообще, когда целуюсь в кадре — думаю о еде. Закрываю глаза и представляю себе, как надкусываю сочный бигмак, или посасываю крылышки в соусе тирияки, а иногда это китайская лапша в остром соусе… — Ух ты! — рассмеялась я, забыв о сценарии на коленях. — А со мной что представляешь? — Оу… — он странно замялся, отведя взгляд к бассейну. — Ну… С тобой мороженное. Такой большой вафельный стаканчик с мягким мороженным. Клубничным. Мне показалось, что он смутился и я перевела разговор на другое, решив для себя на практике опробовать метод с едой в ближайшее же время. Случай представился буквально сразу, в сцене с тем же Фредом и всё получилось как нельзя лучше. — Ух ты! Да ты крута, детка! — заставив разом покраснеть, выдал Фредди оторвавшись от моих губ. — Куда делась трясущаяся в смущении курочка? — Я применила твой метод… — Приложила ладони к щекам, пытаясь остудить горячий румянец. — Опа-чки! И что ты себе нафантазировала? Признавайся! — Ты наверно никогда не пробовал такое… Бурфи. Их делают у меня на родине. Такая сладкая помадка. Умм — вкуснятина. Тает на языке… — Бурфи?! Ну ты даёшь! — заржал Фредди, держась за живот. — Бурфи!… С тех пор целоваться в кадре стало не проблема. Я зарывала глаза и… кроме бурфи было ещё столько вкусного — джалеби, халва, ладу, сандеш, гулабджамун… Оооо… Список был бесконечен, как и моя любовь к сладкому. В продолжение воспоминаний о еде, громкое бурчание в животе потребовало обратить внимание на поиски хлеба насущного. То есть пора было двигаться в глубь острова. Здесь, на пляже, перекусить было очевидно нечем, тогда как густое переплетение зелёных крон с яркими вкраплениями цветов, давали надежду на фрукты и пресную воду. Пить тоже хотелось. Может быть даже больше, чем есть. Я ещё не пришла к окончательному выводу на этот счёт, но сильно встряхнув подсохшее платье надела на себя потерявший первоначальный шик шёлк. Ох, влетит мне от костюмерши! Буквально через несколько шагов под пышными кронами пальм я сделала два открытия. Первое — ходить по джунглям босиком нереально больно. Второе — я определённо ясновидящая. Как иначе объяснить, что мои предчувствия насчёт Зазнайки оправдались?! Мистер Райзада, собственнойперсоной, сидел прислонившись спиной к широкому стволу пальмы, примерно в десяти метрах от полосы пляжа и старательно делал вид, что не замечает моего приближения. Я тоже так умею, поэтому решила не обращать внимания на красивый, но хмурый фейс рассматривающий кроны деревьев и опустившись на ближайшую кочку взялась за насущную проблему — свои ноги. Попавшийся по дороге ярко-красный цветок в окружении плотных кожистых листьев подсказал решение и прихватив подол своего платья я с усилием рванула хрупкий шёлк в сторону. Пара получившихся длинных, тонких полос ткани и несколько крупных, плотных листьев растения, название которого я хорошо помнила — Гусмания, составили не очень надежную на вид конструкцию обуви. Приложив листья к стопе на манер подошвы я плотно примотала их сверху тканью и завязав на хорошенький бантик полюбовалась результатом труда — походило на балетные туфельки. Красота! Зазнайка тоже с интересом рассматривал результаты моего творчества, но ничего не сказал, поднимаясь навстречу. |