Книга Целители не лечат, страница 157 – Мия Ловиз

— Может, мне тебя своим исцеляющим хуком ударить, Гримнир, — я сжала кулак, — чтобы точно дошло?

Он смотрел на меня пару секунд. Молча. Внимательно. А потом шагнул ближе.

— Нет, Снежинка, — тихо сказал Илар. — Лучше поцеловать.

И прежде чем я успела возмутиться, отступить или сказать хоть слово, он наклонился ко мне. Не резко и не настойчиво — так, словно оставлял мне возможность уйти до последней секунды. Его движение было медленным, выверенным, почти осторожным, будто он боялся разрушить что-то хрупкое между нами.

Ладонь легла мне на талию. Тёплая. Живая. От этого прикосновения по коже пробежала дрожь — не резкая, не пугающая, а странно знакомая. Та, что возникает не от неожиданности, а от узнавания.

Его губы коснулись моих — мягко, выжидающе. Поцелуй был не дерзким и не требовательным.В нём не было спешки или желания взять больше, чем ему позволят. Он был медленным, глубоким, наполненным тихой правдой, которую не нужно было озвучивать словами. Илар словно спрашивал — можно ли, и я… ответила.

Всего на мгновение.

Потому что в следующий миг меня накрыло воспоминание.

Оно пришло резко, ослепляюще, будто вспышка света за закрытыми веками. Комната. Ночь. Его руки. Тепло кожи. Илар снимает кулон — и пространство вокруг нас взрывается светом. Тысячи огоньков вспыхивают одновременно, кружат в воздухе, будто живые. Они касаются кожи, вплетаются в дыхание, скользят по волосам, наполняют собой каждый вдох. В этом свете нет опасности — только ощущение абсолютной правильности происходящего.

И среди этого сияния на моём запястье проступает узор. Тонкий. Светящийся. Настоящий.

Связь, которую ощущает не разум — каждая клеточка тела, каждая грань души.

Истинность.

Я вижу, как Илар замирает. Как его взгляд темнеет от принятого решения. Как он надевает кулон обратно. Свет гаснет. Огоньки растворяются в воздухе. И вместе с ними исчезает память, оставляя после себя лишь смутное чувство утраты.

Я резко отстранилась, тяжело дыша, будто только что вынырнула из глубины.

— Ты… — голос дрогнул. — Ты стёр это.

Илар не стал отрицать.

— И всё же твоя магия уникальна, — спокойно ответил он. — Раз смогла так быстро восстановиться.

Я смотрела на него ошарашенно, пытаясь совместить в голове воспоминания и реальность.

— Зачем? — выдохнула я. — Зачем ты стёр мою память? Почему не сказал, что между нами есть связь?

Он долго молчал, просто глядя на меня. В его взгляде не было ни триумфа, ни сожаления — только бережность, с которой смотрят на нечто по-настоящему дорогое. Потом он наклонился и легко чмокнул меня в нос, почти улыбнувшись.

— Потому что я никогда не хотел тебя принуждать, Снежинка, — сказал он тихо.

Я замерла, вслушиваясь в каждое слово.

— Даже зная, что ты — самое ценное в моей жизни… для тебя я всё равно оставался лишь «нахальным драконищем», — он усмехнулся. — И мне было важнее другое. Осознавать, что ты пришла за мной не потому, что так предрешено.

Он коснулся моих пальцев — легко, ненавязчиво.

— А потому что сама захотела. Потому что выбрала.

Слова легли внутрь правильно. Спокойно. На своё место. Сомненияисчезли, будто их никогда и не было — ни в себе, ни в нём, ни в этом выборе.

Я сделала шаг вперёд и на этот раз сама потянулась к нему.

Поцеловала уверенно и осознанно, без страха и колебаний. Чувствуя тепло его рук, ровное биение его сердца и ясное понимание того, что сейчас я именно там, где хочу быть.