Книга Искушение недотроги. Ставка на темного ректора, страница 38 – Мария Лунёва

— Вы недолюбливаете профессора Арлиса? — пробормотала, слегка пристыженная его словами.

— Да. Ненавижу. За то, что он не оценил ту, от которой я глаз не могу отвести! — в его голосе прорезалась злость. — За то, что ты смотришь на него, а не на меня. Что ты видишь в нем такого, Кейтлин? Что?

Вроде и вопрос неприличный, и какой-то щекотливый, но я решила ответить:

— Он наверняка добр, нежен и заботлив…

— Кто? Арлис? — Грегор усмехнулся. — Неправильную я тактику выбрал, нужно было просто вас познакомить ближе. Ты бы быстро разочаровалась в его «нежности» и «доброте».

— Вы наговариваете на него, — я оскорбилась.

— Нет, и я позволю тебе в этом убедиться. Сама все поймешь.

— Пс-с-с, —шикнул на нас один из близнецов. — Отец смотрит. Ведем себя прилично.

Услышав это, я улыбнулась и тут же поджала губы, потому что император стрельнул в меня усмиряющим взглядом, призывая к порядку, совсем как делал это когда-то отец. Еще до страшной ночи, когда не стало мамы, когда он все еще был моим любимым и заботливым папой.

… Церемония продолжалась. От скуки я считала полосочки на паркете. Ладонь на моей талии никуда не исчезла, но я уже особо-то и не обращала на нее внимания.

А гости все прибывали и прибывали.

— Еще немного, — шепнул Грегор.

— А потом? В академию?

— Нет, после вальс. Дальше сад. Прогулки. Фейерверки. Будет представление. Потом… что-нибудь придумаю.

И снова музыка. Перед троном императорской четы появился распорядитель бала.

Я особо не вслушивалась в его длинные пафосные речи. Мое внимание было отдано паркету и рисунку на нем. Но вот момент, когда объявили первый танец, не остался незамеченным, потому что только сейчас я вспомнила, кто его открывает.

Вспомнила и остолбенела. Неженатые сыновья императора спустились в зал и протянули руки своим дамам этого вечера, а вот женатые и помолвленные… Ох…

Да, Грегор галантно развернулся и протянул мне ладонь, заведя вторую руку за спину.

Да, открывали бал наследники империи.

В голове помутнилось от волнения. Я боялась, что перепутаю шаги, что буду выглядеть недостойно. Но Грегор так легко скользил над полом, что его уверенность постепенно передалась и мне, и на втором круге я уже улыбалась.

Он смотрел на меня не отрываясь. И было в его темных, что ночь, очах обещание чего-то недозволенного, жаркого и смущающего.

Мои губы пересохли. Я провела по ним язычком и тут же моргнула, потому что в зрачках лорда-некроманта вспыхнуло зеленое пламя.

Испугалась ли я? О, только за свою девичью честь. Как-то сейчас она заботила меня более всего остального.

А музыка гремела. Ладонь на моей талии становилась тяжелее. Дышалось все труднее. Зато щеки горели от жуткого смущения.

Да как же я так попалась в руки этому темному?

Кто кого вообще выиграл на аукционе? И правильно, что мою ставку оплатил он сам. Да потому что лотом вовсе не ректор был.

Мы кружили в полумраке бального зала. Вокруг мерцали, вспыхивали и гасли магические огоньки. Музыка заглушала многочисленныеголоса, словно отрезала нас от остальных гостей. Она лилась, обволакивая, внушая покой и уверенность, помогала не сбиться с такта.

Грегор… Высокий, статный, он двигался с грацией хищника, увлекая за собой. Боясь поднять взгляд, я разглядывала едва заметную ямочку на его подбородке. На собранных в низкий хвост волосах играл отблеск свечей.