Книга Одарена и особо опасна, страница 24 – Нинель Мягкова

— Допустим, — не сдавался профессор. — Но кто был первым магом?

— Доподлинно неизвестно! — широко улыбнулась я.

Потому что поди сохрани подобные сведения на протяжении тысячи лет, а то и больше!

Дед осуждающе покачал головой, но отстал.

— Согласно книге родов, первым магом в истории Траумфельда стал Мартин Стернелих. Он же основал академию, в которой вы ныне имеете честь обучаться.

— Имею я ее, эту честь, да, — проворчала себе под нос. — Век бы ее не иметь.

— Тоже родители заставили, да? — сочувственно шепнул Блюфрос.

Я мысленно закатила глаза.

— Можно и так сказать.

— Он так же первым!.. — преподаватель повысил голос, тонко намекая на наше неподобающее поведение.

Я старательно вытаращила глаза, подалась вперед, всем телом изображая стремление к новой информации. Мне и в самом деле стало интересно, что там за основатель такой. Может, он и подселил нечто голодное в подвал?

— Первым заметил цикличность передвижений островов. Вычислил наиболее подходящий для освоения и заложил фундамент для будущего учебного заведения.

— Только сначала это был его личный замок! — наклонившись поближе, прошипел Блюфрос.

Он, видимо, отчаялся покорить меня бицепсами и харизмой и решил приналечь на интеллектуальный аспект.

— Да ну? — оживилась я.

Точно, вот и план по реализации плана созрел! Надо заглянуть в библиотеку, попросить биографию этого самого Стернелиха. После лекции по истории магии никто не удивится. Я же буду искать не яркие факты, а компромат.

Может, он в подземелье соперника держал? Или других магов? В некромантии я разбиралась так себе, поверхностно, но что из невинно убиенных может вырасти всякоеразное нехорошее, в том числе жрущее, прекрасно помнила.

К сожалению, сразу попасть в хранилище знаний не вышло. Следующей парой в расписании значились основы алхимии, снова для всего потока. Чтобы успеть, пришлось нестись сломя голову в другой корпус.

Аудитория располагалась в полуподвальном помещении, что меня заинтриговало. Получается, голодная жуть скрывается в одном-единственном флигеле и не имеет хода в остальные? Или же студенты выполняют роль приманки?

На этот раз я встала рядом с Эридой, поближе к кафедре. Колбами и реакциями меня не удивить, тут я в своей стихии. Особенно если что нужно растворить или оплавить.

Стульев не было, лишь длинные, высотой мне по пояс, столы.

Когда появился преподаватель, я слегка удивилась. В основном потому, что не угадала: приятель ректора оказался не физруком и даже не боевиком.

Или он совмещает приятное с полезным?

— Я Эвальд Хаттегер, ближайшие полгода буду вести у вас алхимию и артефакторику, — зычно объявил бугай хорошо поставленным голосом. — Знаю, обычно начинают с теории, но мы с вами перейдем сразу к практике. Прошу всех подойти к столам и приложить ладонь к кругу перед вами.

На столах действительно на равном расстоянии друг от друга располагались одинаковые правильные окружности. Они казались вырезанными в досках своеобразными декоративными узорами, но стоило опустить на них руку, как линии засветились, а поверхность под пальцами приобрела лаковый блеск.

Перед моим носом задрожал воздух, защитный купол исчез, проявляя сложный прибор с прозрачными изогнутыми трубками и емкостями. На конце самой тоненькой финальной трубочки виднелся миниатюрный краник.