Книга Одарена и особо опасна, страница 44 – Нинель Мягкова

— Вас трясло так, что я думал язык прикусите! — рявкнул ректор. — В бездну такие трансы!

— Побочный эффект, бывает, — пожала я плечами. — Зато я знаю, почему мистер Дитлинд оказался здесь, а не за рабочим столом.

— И почему?

— Случайно.

Я выбралась из мягкого плена, отпихнув с дороги наседку-скалу. Кто бы мог подумать, что в каменном Айзенхарте скрываются залежи нерастраченной заботы! Прям готовая бабушка.

— Он испугался того, что скрывалось за этой стеной. Отступил, попятился и упал в кресло, — подойдя к картине, я сняла ее с крючка.

Под ней действительно обнаружился сейф.

— Там ничего нет. Ничего опасного, — поправился Хаттегер, подумав. — Документы, счета, личные дела некоторых преподавателей.

— Возможно, — дернула плечом, чтобы не отвлекали. — Как там детишки, все по кроваткам?

— Не проверял лично каждого, но общежития в относительном порядке, — проворчал Айзенхарт. — Жить можно. Переночуют, завтра будем разбираться с деталями. Занятия я отменил, дня три придется только сад восстанавливать.

— Вот радость-то! — нарочито восхитилась я, ощупывая каменную кладку.

Ага, воти первый подвижный булыжник!

Вместо того чтобы опытным путем вычислять последовательность, я обернулась к мужчинам.

— Вы как, готовы к встрече с убийцей?

— Думаете, он еще там? — скептически нахмурился Айзенхарт.

— Вряд ли, — признала я. — Но образ, скорее всего, сохранился. И если кое-кто не станет мешать, я могу попытаться еще раз…

— Ни за что! — гаркнул ректор.

Мы с Хаттегером переглянулись и синхронно закатили глаза.

— Хорошо, ну так мы хотя бы заглянем или сделаем вид, что меня здесь не было, я ничего не видела и мне пора тоже спать? — с сарказмом поинтересовалась я.

— Думаю вам пора спать. А мы заглянем, — твердо заявил в ответ Айзенхарт. — Спасибо, что помогли следствию. Зачтется.

— Зачтется — в смысле? — нахмурилась я.

— Ну вы же не думали, что вас потом просто отпустят на все четыре стороны? — вздохнул ректор. Развернул меня к двери и подтолкнул в спину, как нашкодившего ребенка. — Идите, учитесь пока, общайтесь, наслаждайтесь свободой оставшееся время. Надеюсь на ваше благоразумие и здравый смысл. Скажите спасибо, что в карцере не закрыли.

— Это вы зря! — искренне сообщила я, взмахом руки подманивая саквояж ближе и вцепляясь в ручку, как в спасательный круг.

Больше всего в данный момент хотелось отходить им каменную физиономию, но порыв сдержала.

В карцер все же не хотелось.

Душу рвали на части противоречивые эмоции. Помимо рукоприкладства инстинкты требовали искать выход, рваться на волю. Но единственный способ спастись — снова вывести из строя генератор. А на это я не пойду. Посмотрела уже на последствия, мне хватило. Боюсь, второе такое происшествие и академию повредить может, а здесь дети.

Может, я и эгоистка, но не убийца.

Однако и сдаваться без боя — не мой стиль.

Потому я с деланым безразличием пожала плечами и легкой беззаботной походкой двинулась к выходу.

— Что ж, если передумаете и вам понадобится моя помощь, вы знаете, где меня найти. Только на этот раз я не стану работать бескорыстно. У меня тариф, знаете ли, почасовой.

С этими словами прикрыла дверь за собой без звука.

Не шарахнула от души — пусть ценят.

Отошла подальше, на случай если за мной наблюдают. Спустилась на первый этаж, прошла сквозь опустевший зал. Студенты действительно вернулись в общежития. Здание гулко отзывалосьна мои шаги. У самых дверей поставила чемодан на пол, якобы разминая уставшую руку.