Книга Продана Налгару, страница 19 – Каллия Силвер

Бесконечный.

Ужасающий.

Прекрасный.

Она моргнула, ошеломлённая тем, как звёзды рассыпались перед глазами — миллионы, разбросанные, словно бриллианты, по бархатномуморю. Она не могла говорить. Не могла даже нормально дышать.

А под ними… планета.

Красные и белые облака кружились в медленных, гипнотических спиралях над её поверхностью. Океаны поблескивали разбросанными пятнами: синие, тёмные, таинственные. Весь мир светился под лучами массивного красного солнца, низко висящего в чёрной пустоте.

Это была не Земля.

Ничего в ней не напоминало Землю.

Она была невообразимо далеко от Земли.

Её руки сжали ткань одеяния, сердце провалилось в пустоту, когда реальность снова ударила наотмашь.

Она в световых годах от дома. Её везут в место, которого она не знает. Тот — или то, — кого она не может понять.

И всё же… он молчал.

Наконец он опустил её на пол.

Рядом с креслом пилота находилось сиденье — минималистичное, мягкое, оснащённое тонкими ремнями безопасности. Он посмотрел на неё. Указал на кресло.

Не грубо.

Даже не зло.

Просто… выжидающе.

Словно послушание было чем-то само собой разумеющимся.

Она заколебалась.

Но не стала сопротивляться.

Не сейчас.

Не когда сердце всё ещё бешено колотилось, колени были ватными, а отголоски близости смерти текли по венам, как огонь.

Она медленно опустилась в кресло.

А он — бесшумный, плавный — устроился в кресле пилота рядом с ней. Его броня тихо скрипнула. Огни замелькали на панели управления; символы, которые она не могла прочесть, слабо пульсируя, оживали под его руками в перчатках.

Она не могла оторвать взгляд от панорамы.

Планета росла в иллюминаторе. Поглощая всё. Красный свет заливал кабину жутким сиянием. Корабль накренился.

Они начали спуск.

Она вцепилась в кресло.

Потому что она больше не была просто в космосе.

Она направлялась вниз.

В его мир.

Глава 13

Турак отзывался на его прикосновения, словно был продолжением его собственного разума.

Стремительный и смертоносный, быстрее любого другого судна в небесах Анакриса, он безмолвно рассекал верхние слои атмосферы. Инерционные гасители поглощали перегрузки спуска, пока мимо изогнутого фонаря кабины проносились багровые облака. Внизу зубчатые гряды его владений простирались, словно шипы на хребте великого зверя, — суровая, дикая местность, окутанная кроваво-красным светом умирающего солнца.

В поле зрения появилась его твердыня — Каварент, средоточие его власти. Железные стены и шипастые башни выступали из камня подобно оружию — крепость, высеченная в скалах над рекой Дортак. Кланы называли её неприступной. Непокорённой.

И они были правы.

Он скорректировал управление, направляя судно к верхнему парапету — личной посадочной площадке над главным трюмом, доступной только ему. Смотрители полетов уже опускали шлюзовые щиты, давая разрешение в тот же миг, как зарегистрировали его сигнатуру. Никаких задержек. Никаких вопросов. Они знали его корабль.

Все знали Турак.

Он бросил взгляд в сторону.

Она сидела тихо, маленькие руки сжимали ткань робы, поза была напряженной. Губы плотно сжаты и обескровлены. Но её глаза — темные, сияющие, живые — постоянно двигались, наблюдая за всем вокруг. Расчетливые.

Испуганные, да. Но не сломленные.

Пока нет.

Зарок слегка поерзал в кресле. Броня натянулась на бедрах, теперь доставляя неудобство. Его возбуждение было нежеланным — опасным, — но неизбежным.