Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 165 – Карисса Бродбент

– Тебе надо восстановиться. Отдыхай.

– А Луче?..

– С ней все в порядке.

– Нам нужно идти.

– Не сейчас.

Азар устроился рядом со мной. Он тоже выглядел изможденным: под глазами темные круги, а буря в левом глазу улеглась.

Я нахмурилась:

– Я забрала слишком много.

– Наоборот, недостаточно. – Он отвел у меня с лица непослушную кудряшку. – Мише, ты просто великолепна, когда забираешь.

Он ошибался. Обычно я отдавала, а не забирала. Но у меня не было сил с ним спорить.

Азар попытался сесть, но я потянула его обратно.

– Останься, – пробормотала я.

– Ты этого хочешь? – в нерешительности спросил он.

Странно, что мы оба подумали об одном и том же. Я пила его кровь, а он пил мою. Он обнимал меня, когда я кончала. И тем не менее предложить ему прилечь отдохнуть рядом со мной казалось великим искушением, граничащим с нарушением моих обетов.

Мой желудок был полон, но я по-прежнему чувствовала себя голодной. Какой постыдный эгоизм.

– Да, – прошептала я. – Останься со мной.

«Если такой мужчина решит защищать тебя, – говорила Эсме, – то он уже не остановится».

Азар устроился рядом со мной.

– Как пожелаешь, Пьющая зарю.

У него уже закрывались глаза. Эти слова зависли в воздухе подобно клятве, когда мы оба провалились в сон.

Меня окружало тепло. Я лежала, свернувшись калачиком, приткнув голову Азару на грудь, которая поднималась и опадала безмятежными вдохами и выдохами. Другое тело прижалось к моей спине – Луче? Я еще пребывала в полудреме и не могла связно мыслить, да к тому же была слишком счастлива, чтобы задаваться вопросами. Я всегда ценила прикосновения, будучи не в силах обходиться без таких проявлений привязанности. В этом не было ничего сексуального или романтического. Иногда просто нужно пообниматься. Вампиры, к сожалению, обниматься не склонны.

Руки Азара обхватывали меня, и мы переплетались, как свет и тень луны. Луче, наверное, пришла тогда, когда убедилась, что нам ничего не угрожает, и свернулась у моей спины, замкнув круг.

Не хотелось двигаться, чтобы не разрушить совершенство этого равновесия.

Я открыла глаза. Азар еще крепко спал. До сего момента я не вполне понимала, насколько хорошо за последние месяцы изучила его лицо. Я знала расположение шрамов; все скрытые смыслы едва заметного подергивания мышц, о котором он и сам не подозревал; весь восхитительный арсенал выражений его лица. И все же вот это, выражение полного покоя, потрясло меня, поскольку раньше я никогда такого не видела. Лоб разгладился, губы припухшие и расслабленные. Азар казался юным, как тот мальчик, которого я видела в его воспоминаниях.

Как давно уже Азару не удавалось ощутить покой?

Он всегда был красив – я уже перестала обманывать себя, что якобы так не считаю. Но сейчас, когда я разглядывала его, сердце мое сжалось от светлой и томительной печали.

В другой жизни я могла бы любоваться безмятежностью на этом прекрасном лице каждую ночь.

В другой жизни…

Не удержавшись, я дотронулась до его щеки и провела пальцами вдоль жестких линий и плавных изгибов.

И, о боги, как же я его хотела.

Азар открыл глаза и заморгал. Правый глаз его был бесконечным морем тьмы насыщенного коричневого цвета. Левый же оставался спокоен, но в глубине его, как облако на летнем небе, подрагивала пропасть.

На лице Азара стремительно расцвела улыбка, словно увидеть меня было для него приятным сюрпризом.