Книга Мой крылатый капитан, страница 45 – Анна Тарханова

Этот вопрос как-то не приходил ранее мне в голову. Но теперь, когда его озвучил капитан, он заполнил все мои мысли. И действительно: зачем мы шестируким?

— К сожалению, — ровным голосом продолжил Руно, — у меня есть теория, но она даже мне не нравится.

— Говорите, — потребовала я, — переживу.

Он со скепсисом посмотрел на меня, и вздохнул:

— Прежде чем уйти, я успел осмотреть тела. Их не просто убили при попытке к бегству. У Падэ одно крыло было надрезано, а Мирэ лишен хвоста...

— Не продолжайте, я поняла, — попросила я капитана, почувствовав подступавшие к горлу рвотные позывы.

— Прости, отличница. Когда видишь такое, сложно промолчать.

Его взгляд потускнел и замер в одной точке. И я поняла, что для Руно было не в первой видеть покалеченных гралов.

— Вы уже встречали… бескрылых? — осторожно поинтересовалась я, понимая, какие ужасные воспоминания могла вызвать в капитане своим вопросом.

Капитан кивнул, подтверждая мои догадки.

— Думаю, ты проходила в академии Третью Весантонскую войну...

Конечно, я о ней знала. Это была одна из самых кровопролитных войн в истории нашего вида, положившая конец разногласиям между кланами. Сама я ее, к счастью, не застала, потому что тогда еще только родилась.

— Я был там. Необстрелянный юнец, который, как сейчас ты, отличница, только закончил учебу, — безжизненный сухой голос капитана эхом отдавался в куполе. Дождь, все еще хлеставший снаружи усугублял и без того гнетущую атмосферу. — Я думал, что знаю жизнь. Но оказавшись в самом пекле понял, что ошибался во всем. Нас тогда загнали под купол рядом с Перрином. Огонь лился ото всюду. У некоторых ребят от жара на теле лопалась кожа. Мы горели заживо по приказу таких же гралов, как и мы.

Чем дальше рассказывал Руно, тем сильнее колотилось мое сердце. И хотя в академии нам довольно подробно пересказывали те события, рассказиз первых уст был страшнее. И оставлял неизгладимый ужас в сердце.

— Я понимал, — продолжал капитан, невидящим взглядом уставившись в темноту, — если ничего не предпринять, все там поляжем. Командир наш обезумел от страха и боли, так что мне пришлось брать командование на себя. Это было не по уставу. Но оставшимся гралам было уже все равно, кто отдаст им приказ. Они просто хотели жить. Я же неплохо знал местность. В полусотне метров от нашей позиции была скрытая в ущелье река. И я приказал прорываться к ней и уходить под воду. Плавал я, как и многие, отвратно, но вариантов у нас не было.

— Вы их спасли! — восхищенно воскликнула я.

— Нет, отличница, не всех, — тяжело вздохнул он, — но большинство. Не прими я тогда это решение, никто бы не вырвался. Но, возможно, я принял его слишком поздно…

— Неужели вы до сих пор вините себя за то, что не смогли спасти всех? — удивилась я. Руно был героем той войны и его рассказ только подтвердил это.

— А ты разве не чувствуешь за собой вины, что пошла с нами, оставив подругу? — капитан пронзил меня взглядом, от которого холодок пробежал по коже. Он словно смотрел мне прямо в душу и видел всю мою боль. Наконец, он тяжело вздохнул и отвел взгляд. — В этом мы с тобой очень похожи, отличница.

Я не решилась ничего ответить. Но мое сердце при его словах предательски пропустило удар.

Тем временем, дождь прекратился, а в черноте неба начали появляться сизые просветы.