Книга Отравленная для дракона, страница 52 – Кристина Юраш

Сейчас, когда солнце заглядывало в окно, я понимала, что вчера ночью допустила то, чего не должна была допускать… И тут же спрятала лицо в ладонях, задыхаясь от стыда.

Я вспомнила, как кончала на столе, кончала от его поцелуя… Как стонала… Я всё ещё чувствовала на коже прикосновение его пальцев, на губах — солёный привкус слёз и наслаждения, в паху — тупое, сладкое пульсирование. Этот стон я до сих пор не умею называть. Не смела признать даже себе, как это было приятно. Это все казалось настолько ужасным и недопустимым, что спазм сжал горло.

Мне казалось, что кожа горит не от воспоминаний, а оттого, что моя плоть сама отказывается быть моей — будто я чужая в этом теле, что оно предало меня, отдавшись ему так, будто никогда не знало запрета.

— Больше это не повторится, — прошептала я себе, пытаясь дать себе право на ошибку.

Я закуталась в одеяло и увидела на столике мешочек с деньгами.

Надо бы во что-то одеться! Я направилась в соседнюю комнату, которая являлась комнатой горничной и гардеробной. В шкафу висело несколько платьев. Полагаю, что остальные слуги забрали себе в качестве зарплаты.

Я вытащила свое нелюбимое платье с застежками на груди, а потом обулась. Бог с ними, с теми панталонами! Кто там под юбкой что увидит!

Содрав с вешалки остатки платьев, я рассмотрела их и потащила в кабинет мужа. Сейчас нужно написать письмо в ателье и узнать, сколько они хотят за них.

Письма были готовы, а я вернулась в комнату, глядя на мешочек. Мне кажется, или он стал побольше?

Я присела в кресло, вытаскивая деньги… Среди денег была толстая золотая цепочка, уродливый мужской перстень… Тоже золотой…

— Одиннадцать тысяч, — считала я деньги. — Вот двенадцать…

Тысячные монеты были намного крупнее, почти как крышка банки. Я раскладывала их на столике в стопочки.

— Пятьдесят шесть тысяч? — замерла я, тряхнув головой. — Откуда столько?

«Этих денег хватит тебе на новую жизнь!» — нашептывал голос, похожий на голос искусителя.

Я уже видела небольшой домик, служанку и, быть может, крошечную лавочку на первом этаже дома. Я ведь могу сбежать и начать новую жизнь?

Сейчас я напоминала капитана тонущего корабля, который стоит на палубе и понимает, что корабль идет ко дну. Но ведь я могу сесть в шлюпку? И спастись?

Я бросилась в библиотеку, вспомнив про трупы, но трупов не было. Была только пыль. Три горстки пыли на полу. И веревки, которые лежали возле стола.

Я вдруг почувствовала, как внутри меня что-то теплеет. Словно завязывается в горячий узел. Мне казалось, что даже сейчас я слышу собственный постыдный стон.

— Прекрати думать об этом! — прошептала я, вылетая из библиотеки и замирая возле двери.

Книги. Я думаю, что можно продать книги. А можно просто сбежать… Взять самое ценное и начать новую жизнь! Говорят, что можно даже купить новые документы! На новое имя… Будут меня звать какой-нибудь Розали Флетчер. Интересно, а там можно будет выбрать? Или что дадут?

В порыве малодушия я бросилась в гардеробную и вытащила саквояж.

Нет. Так нельзя. А как же люди? Как же твои обещания? Получается, что я не лучше своего мужа, который просто сбежал?

Я обессиленно выпустила чемодан из рук. Он грохнулся на пол, словно поверженное чудовище.

— Давай договоримся так, — произнесла я своей совести. — Мы продадим всё, что можно продать. И заплатим всем, кому сможем. Но при этом мы оставим часть денег себе. На новую жизнь…