Книга Отравленная для дракона, страница 59 – Кристина Юраш

Мне было до слез жаль пять лет своей жизни. До слез жаль бессонных ночей, когда я сидела и высчитывала банковские проценты, чтобы и людям приятно, и самим в накладе не остаться. Когда я искала, куда инвестировать деньги, чтобы получить процент пожирнее. Да, были ошибки. Но не смертельные…

Вот сейчас я вспоминала все это и улыбалась. Словно прошлое на мгновенье воскресло перед глазами.

Я вернулась к столу мужа, продолжая разбирать ящики. Тут всегда царил беспорядок. Вот еще одна долговая расписка. И еще… Нет, по этой долг вернули. И тут я увидела бархатный чехольчик. Открыв его, мне на руку выпал пузырек.

Яд.

Я почувствовала, как у меня невольно набежал полный рот слюней. Вот этим меня отравили. Тут лежит записка о дозировке и предостережение. Скорее всего, им.

Мархарт даже не удосужился его убрать или спрятать. Он был уверен, что когда все поднимут шум, он будет уже далеко-далеко.

Я услышала крики раньше, чем стук в дверь. И вздрогнула от того, как сильно кто-то кричал.

Опомниться я не успела, как послышался шум. Я выбежала в коридор, надеясь, что денег хватит, чтобы погасить и этот долг. В коридоре показались люди. Их было человек восемь. Мужчины, женщины… Все в черном…

— Я вас ненавижу! — закричал мужчина, увидев меня. Он бросился ко мне, а я едва не отшатнулась. Позади него слышался вой. Женский вой.

Глаза мужчины были красными и мокрыми от слез. Волосы взъерошены, а рот искривлен от боли и гнева.

— Вы убили мою дочь! Мою Кэтлин! — закричал он.

Только сейчас я узнала его. Это ювелир. Я помню, как он показывал мне портрет маленькой Кэтлин, которая с детства больна. С какой нежностью он смотрел на белокурые локоны и тонкие, почти обескровленные губы. Память подбрасывала мне: «Алхимик из Ристоля. Он способен сделать это очень дорогое зелье… И тогда Кэтлин будет здорова… Мы все, все родственники готовы положить деньги в банк, чтобы через год была нужная сумма. Вы сами понимаете, хоть мы люди не самые бедные, но даже для нас эта сумма очень велика…»

«Давайте посчитаем процент. Ну вот, с вашим процентом получается то, что вы получите. Этого будет достаточно!» — улыбалась я.

Весна. Я помню, как в приоткрытое окошко щебетали птицы и задувал теплый ветерок. На столике стояли две кружки чая, а я считала проценты, радуясь, что деньги решили доверить нам.

«Мадам, вы наше спасение! Я смогу снять их в начале следующего года? Не так ли? — спросил ювелир. — Только алхимик предупредил, что зелье нужно будет дать день в день. То есть, он его готовит, и мы сразу даем. Но без денег он его не станет варить. Очень дорогие и редкие ингредиенты! Я смогу получить деньги в нужный мне день⁈»

«Вы сможете снять их даже на пару дней раньше, чтобы не было накладок. Все-таки это жизнь ребенка. Вам хватит на лечение дочери! Я уверена, что скоро она будет здорова!» — улыбалась я.

И сейчас его лицо было маской боли. Женщина позади него прижимала к груди тряпичную куклу.

Я не знала, что сказать…

— Лекари сказали прекратить прием поддерживающих зелий за месяц до этого зелья, иначе эффект будет слабее! И мы прекратили! Я был уверен, что сниму деньги, и все будет хорошо… Но… — Ювелир не смог договорить. Он просто разрыдался.

— Вот, возьмите, — прошептала я, протягивая ему мешочек. — Вы могли сразу прийти ко мне… Мы бы нашли деньги. День в день, как вам нужно…