Книга Отравленная для дракона, страница 62 – Кристина Юраш

В этот момент его глаза вспыхнули таким огнем, который я никогда не видела.

— Ты хочешь все вернуть? — прошептал он.

— Да, — сглотнула я. Я готова была терпеть Мархарта и дальше, лишь бы все вернулось обратно… — Понимаешь, вот пустота… Ты когда-нибудь ее чувствовал? Или нет?

— Вот как выглядит смерть! — прошептал он, и пальцы на горле сжались на мгновение — ровно настолько, чтобы я ощутила край. — Ну что? Поздоровалась?

Я судорожно вздохнула, будто боясь,что больше ни разу этого не сделаю.

— Какое прекрасное тело, — послышался голос, а я его рука погладила меня по щеке. — Оно ведь хочет жить. В отличие от его хозяйки!

Его маска была так близко, что мне стало страшно.

— Если светлая часть тебя требует смерти, то обратись к темной половине. Поверь, она быстро найдет тебе тысячу и одно оправдание…

— И где же мне ее искать? — прошептала я.

— Внутри себя, — послышался шепот.

— Я не знаю, где ее искать, — выдохнула я, чувствуя, как его рука спустилась ниже.

Его пальцы зацепились за застежки корсета.

Дёрнули — не грубо. Обещающе.

— А хочешь, я тебе помогу ее найти? — послышался голос, и от звука его голоса тело вдруг напряглось и едва заметно подалось к нему. — Ты ведь уже нашла оправдание самой себе… После вчерашней ночи…. Оправдание своему телу… Своему желанию…

Он схватил платье за корсет обеими руками и рванул так, что оно треснуло и разорвалось.

— Нет, — прошептала я испуганно. — Не надо…

— А что? Появилось что терять? — спросил он, беря меня за подбородок. — Ты же только что целовала флакон с ядом, это означало, что терять тебе уже нечего. А тут появилось… Ты похожа на хозяйку, которая пытается прикрыть окровавленный диван крошечной подушечкой в надежде, что гости не заметят труп.

Его пальцы скользнули по моей шее к плечу, к ключице, как тот, кто уже видел это тело мёртвым.

«Ты думаешь, труп может мстить? — прошептал он. — Нет. Только живая плоть может заставить его страдать. Только твои глаза могут видеть, как он плачет. Только твой голос — сказать: „Я выжила. А ты — ничто“.»

Его прикосновение было как пламя на обмороженной коже — больно, но живо. Я хотела оттолкнуть его. Но мои пальцы сами впились в его руку, как тонущий — в доску.

— Слушай меня внимательно. Я разрешаю тебе желать мести. Я разрешаю тебе мечтать о его смерти. Я разрешаю тебе не платить по чужим долгам, — послышался шёпот. — Твоя жизнь принадлежит мне. И я разрешаю тебе всё, кроме одного — умереть!

— Вы не можете решать за меня, — сглотнула я, чувствуя, как его рука скользит по мне, спускаясь всё ниже и ниже.

Что-то внутри сжалось от предвкушения. Что-то защекотало меня внутри, внизу живота. Я почувствовала, как сжимаюсь внизу, словно моё тело запомнило его прикосновения. Словно оно хочет повторить то, что было вчера ночью.

— Правда? А твоё тело шепчет мне, что очень хочет жить, — прошептал голос. Он содрал перчатки и бросил их на пол.

Я почувствовала, как он скользнул тёплыми пальцами между ног. Его пальцы вошли во влажную плоть, заставив меня шумно втянуть воздух, словно пытаюсь проглотить стон.

И внутри меня что-то щёлкнуло. Не в уме. Глубже. Там, где живёт стыд и тает он от одного прикосновения этого зверя…

Вторая рука сжала моё горло.

Я невольно сжалась, вспоминая раздирающий душу оргазм. И в этот момент я почувствовала, что его пальцы скользят по влажному. Я смутилась и отвернулась.