Книга Жена по договору, или Тайна поместья Фортайнов, страница 92 – Юлия Ханевская

Дракон растворился в свете, оставив меня одного в этом бескрайнем мираже потерянного прошлого. Но я не был одинок. Во мне жила его сила, его мудрость, его сущность. Я знал, что должен исследовать новые грани открывшегося мира, познать его законы, чтобы раскрыть свой истинный потенциал.

И я двинулся вперед, навстречу судьбе, навстречу перерождению. Путь будет труден и полон опасностей, но я был готов. Я был драконом, готовым взлететь.

Амелия

Ворчун обрел маленькую хозяйку — Розалин. Тайны в его существовании больше не было, и стайх царственно расхаживал по особняку, будто по своим владениям. После пещеры у нас с Кристофером не осталось секретов. Я удивилась, что он ничего не сказал насчет древнего зверька, а принял его, словно тот жил у нас уже много лет. Но потом поняла причину: граф, как и я, изменился. Драконья душа вошла в полную власть над телом, памятью и мыслями.

А вот для Рози Ворчун стал дивом дивным. Она и современных стайхов не видывала, что уж говорить о госте из позапрошлого века! Девочка была очарована с первой встречи. В отличие от ее гувернантки. Почему-то Миссис Мерлок Ворчуну не понравилась. То ли от того, что та оглушительно завопила, когда его увидела, то ли потому, что запустила в него графином с вишневым соком и он не успел увернуться. Насыщенно-розовые пятна до сих пор алели на золотых чешуйках. Оказалось, природный краситель намертво въедается в шкурку.

Как итог — стайх и миссис Мерлок питали друг к другу исключительно враждебные чувства.

Но я не замечала царящего вокруг хаоса. Мой мир сузился до крошечной девочки, которую мы с Кристофером назвали Элинор. С драконьего языка это имя означало «рожденная из пепла». Возможно, слишком пафосно для малышки, но она была первым истинным драконом, появившимся на свет за последние столетия. Мы с Кристофером — обращенные, а Элинор — пока единственная в своем роде.

В день пробуждения я была настроена немедленно разобраться с заключенными под стражу членами ордена, а потом обсудить с мужем все важные вопросы. А их накопилось не мало! Начиная ситуацией с убитым драгхаром, заканчивая намеками на переезд.

Но стоило мне войти в детскую комнату, мои планы тут же поменялись. Все прочее стало совершенно неважным.

Дни и ночи слились в бесконечный хоровод кормлений, пеленок и тихих колыбельных. Я занималась малышкой сама, отвергая нянек и слуг, которых Кристофер так и норовил притащить в дом.

Он, кстати, оказался очень заботливым отцом. Его огромные руки, казалось, созданы для того, чтобы бережно держать хрупкое тельце Элинор. Он часами мог сидеть у ее колыбели, напевая старинные драконьи песни, от которых по коже бежали мурашки. Ворчун тоже принимал активное участие в жизни малышки. Он бдительноследил за ней, отгоняя мух и комаров своим мощным хвостом и даже ревновал, если кто-то приближался к ней слишком близко.

Миссис Мерлок по-прежнему приходила в ужас от одного вида стайха, но смирилась с его присутствием в доме. Она научилась красться по стеночке, стараясь не попадаться ему на глаза. Ворчун же, как назло, вредничал: не пускал гувернантку в комнату Рози, если находился там, и это превращалось в настоящую войну, ведь миссис Мерлок должна была заниматься с Розалин, воспитывать и обучать её.

Элинор росла не по дням, а по часам. Её глазки, изначально серые, постепенно наливались золотистым светом, а на спинке пробивались крошечные чешуйки, мерцающие, как звёздная пыль. Я чувствовала, как ее драконья сущность крепнет с каждым днем, и меня охватывал одновременно восторг и тревога. Что ждет ее в будущем? Сможем ли мы оградить дочь от тех, кто не примет ее природу?