Книга Измена. Попаданка в положении, страница 125 – Елена Белильщикова

— Да уж, с тобой все пороки можно собрать в букет! — зловыпалил Андреас, тяжело дыша. — Где ж мне тебя искать, раз ты прячешься от меня? Особняк отдан за долги, там живет другой человек… Перстень отцовский тоже подарил новым знакомым?

Его глаза уже метали молнии, при одном взгляде на оболтуса-брата.

Филипп на миг потупил взгляд, как провинившийся ребенок, даже ссутулился.

— Я сам не знаю, как так вышло, что на меня нашло, брат, но… — забормотал Филипп, а потом вскинул горящий взгляд. — Но я все исправлю! А ты мне мешаешь! И не смей называть Амели развратной девкой, ты ничего о ней не знаешь!

Филипп гордо встряхнул волосами. Хотя спроси его сейчас Андреас, что его привлекает в Амели, он не смог бы ответить. Но будто что-то тянуло к ней, невидимая, даже тягостная нить.

Филипп отдернул руку, поправляя рукав, который Андреас смял. И недовольно зыркнул исподлобья.

Андреас резко сорвал с Филиппа маску и замахнулся пощечиной по брату, сбивая с него спесь. Не больно, но унизительно. И зашипел, сверкая глазами:

— Что мешаю, Фил? Заниматься сексом на стороне? Забывать о своих семейных обязанностях? Элион с ребенком выставили на улицу, жить в голоде и холоде, тебе плевать на это? Не научился думать головой, а не передком?

Андреас наградил Филиппа еще одной звучной пощечиной, попросту сбивая его с ног. На колени перед собой. Его пальцы зарылись в волосы Филиппа жестко, не давая сдвинуться с места и встать.

— Я твой брат, Филипп. Ты должен меня слушать. Не разочаровывай меня, — в голосе Андреаса явственно прорезывались нотки отца.

Слишком близко к сердцу Андреас принимал судьбу этого оболтуса и не мог позволить, чтобы Филипп изгадил свое будущее и лишился семьи по собственной дурости.

— Я сам разберусь с Элион и своей семьей! Как бы она тебе ни нажаловалась, прося у тебя подачек! Может, скоро у меня будет новая семья! — выпалил Филипп и осекся, почему-то самому стало мерзко, и он зажмурился.

Ему казалось, что в присутствии Андреаса в нем борются две сущности. Одна хотела зарычать, подорваться с колен, ударить под дых и дать понять, что он взрослый мальчик! Другая… какая-то прежняя, забитая сейчас в дальний угол души, отчаянно желала прижаться к нему, комкая пальцами ткань одежды, как напуганное дитя после кошмара. И шептать едва ли не со слезами: «Что я творю, братик? Что происходит со мной?»

Филипп не дал волю ни одной. Только страдание отразилось на напряженном лице, когда он стиснул кулаки в безмолвном усилии… просто не сойти с ума?

Андреас уже не выдержал. Толкнул брата так сильно в грудь, что тот проехался на коленях назад и уперся в стену спиной. А сам натянул его волосы до дискомфорта на макушке, заставляя задрать голову.

— Посмотри на меня! — проревел Андреас, не помня себя от гнева, ему хотелось наброситься и выбить всю дурь из младшенького братца, но он пока держался. — Что с тобой происходит, Филипп?! Тебя будто подменили! Это не ты! Ты мог быть глупым, но добрым! Ты мог совершить ошибку, но осознать вину и попросить прощения! Неужели ты не понимаешь, что ты творишь?! Ты потеряешь Элион навсегда! Она любит тебя, любит по-настоящему, а не так, как твоя… Амели! Очнись, приди в себя, скажи что происходит! Я помогу, я все для тебя сделаю, я же люблю тебя, ты же мой брат!