Книга Измена. Попаданка в положении, страница 2 – Елена Белильщикова

Я бросилась прочь, закрыв лицо ладонями. Ноги сами несли по коридорам замка. Но не прошло и минуты, как Филипп настиг меня. Он перехватил за локоть, разворачивая к себе. О, хоть брюки натянул. Еще и рубашку набросил, правда, она была расстегнута, и от сильного тела веяло жаром.

— Элион, стой! Куда собралась?

— Тебя это не касается! — я рывком высвободила руку. — Возвращайся к твоей шлюхе! Она тебя та-ак уважает! Можете вместе придумать, как наказать дерзкую жену, которая посмела вернуться домой и помешать вашей оргии!

Ой, наверно, я переигрывала с возмущением? Но мне нужно было сыграть роль оскорбленной до глубины души Элион! Спровадить Филиппа и подумать, что делать дальше! Вот только он, наоборот, прижался вплотную, нагло опуская руки на мою талию.

— Наказать? — хрипло, с возбужденной бархатцой в голосе выдохнул Филипп. — Разве что очень сладко, моя дор-рогая…

Рычащие нотки прозвучали так сексуально, что по телу пробежала дрожь. И волна мурашек. И бабочки в животе. Для полного счастья. Я посмотрела на него мутным взглядом. Да уж, на Земле на меня такие красавчики внимания не обращали. Хотя и здесь Филипп предпочел беременной жене какую-то блондинку с ногами отушей!

— Убери от меня руки, — я резко оттолкнула. — Ты только что лапал другую девку! Прямо в нашей спальне. Как ты мог, Филипп? У нас же будет ребенок!

— Которого я не хотел. Забыла, милая? — жестко усмехнулся Филипп.

Он так посмотрел на мой живот, что внутри все оборвалось. Я замахнулась хлесткой, жгучей пощечиной. И бросилась прочь. Спрятавшись в первой попавшейся комнате, я упала в кресло, роняя лицо в ладони. По щекам потекли слезы. Почему мне так не везет с мужчинами?!

Через время в дверь постучали. Служанка принесла поднос.

— Вот, господин Филипп велел принести Вам сладости и чай с ромашкой, чтобы успокоиться.

Послать бы Филиппа с его чаем. Но меня била мелкая дрожь, я замерзла от нервов. Так что схватилась за чашку, как за спасительную соломинку. Даже не заметила странной горечи в первом же глотке.

Отпив немного, я отставила чашку. В горло ничего не лезло.

Я встала на ноги, чтобы отойти к окну, и вдруг согнулась от резкой боли. Живот прострелило так, что с губ сорвался крик. Колени подломились, и падая в темноту, я подумала лишь об одном. Неужели этому малышу не суждено родиться на свет? Неужели его папа настолько сильно не хотел его?

Я пришла в себя на мягкой постели. Стоило даже подумать о том, чтобы шевельнуться, как с губ слетел стон. Низ живота болезненно ныл. Я испуганно приложила к нему ладонь.

— Ваш ребенок в порядке, слава богам, — раздался успокаивающий голос. — Но вставать я пока настоятельно не рекомендую. Вот, выпейте, это снимет боль.

Я подняла взгляд. Передо мной был лекарь, к которому раньше ездила Элион. Похоже, за ним послали, и он приехал, к счастью, быстро. Я помнила, что немного выплывала из беспамятства, но из-за боли ничего не соображала и снова проваливалась в темноту. Сейчас стало полегче, но лекарь все равно протянул мне чашку со сладковато-горьким отваром. Я послушно выпила. И хорошо! Иначе точно облилась бы, услышав голос Филиппа:

— Как ты себя чувствуешь, Элион?

Он сел на край кровати с другой стороны, мягко коснувшись моей руки. Я дернулась от неожиданности. Это не укрылось от взгляда лекаря.