Книга Измена. Попаданка в положении, страница 67 – Елена Белильщикова

— Что?! Я тебе собачка?!

Вспышка детской ярости прошла так же быстро, как началась. Андреас легко смеясь, перехватил подушку и стукнул его по голове. Филипп забрал ее и провел кончиками пальцев по щеке брата.

— Мне не хватало тебя, Андреас. Было так одиноко без тебя. Я страдал… поэтому и решил тоже пойти на войну. Чтобы доказать тебе, чего я стою.

Андреас вздохнул и приобнял рукой за плечи, привлекая к себе. А потом уткнулся лбом в его лоб, шепнув:

— Я каждую минуту волновался о тебе, малыш. Как ты там, жив ли, здоров ли. Я… волновался.

— А я так боялся, что тебя больше нет, — тихо произнес Филипп, сжимая руку Андреаса. — Я замучил письмами все начальство, обивал все пороги. Хотел даже сам поехать на поиски, но не знал даже, где их начинать! Знаешь, Андреас… я даже подумал, вдруг я проклят? И теряю всех одного за другим. Сестра, мать, отец, ты, потом еще Элион… но теперь у меня появилась надежда, что не все потеряно.

Филипп улыбнулся тепло, взъерошивая черные волосы Андреаса. Они уже давно не были тем непослушным встрепанным кошмаром, что в детстве. Лежали чинно вокруг лица, утонченного, благородного и мужественного одновременно. Но Филипп все равно видел мальчишку из детства, с которым они гонялись друг за другом по коридорам замка.

Андреас уставился в пустоту, будто не слыша. Воспоминания о плене снова закружились черными бабочками вокруг него. И он незаметно коснулся браслета.

— Скорее, я проклят, Филипп, — грустно улыбнулся Андреас, притянув брата к себе ближе, и стиснул его в крепких объятиях. — Не умею любить. Приношу беду. Но полно обо мне. Давай спасать твой брак, братишка!

Так неловко и неумело Андреас перевел тему. Ну, не мог, не хотел он сейчас говорить про плен. Еще не отболели, не отгорели у него в сердце последние искорки воспоминаний. Нет-нет, да вспыхивали.

— Да ты решительно настроен!

— Скажи толком, Филипп, я могу чем-то помочь тебе в деле с твоей женой? Каким-то образом помирить вас? Может, мне поговорить с ней? — Андреас свел брови в прямую линию и посерьезнел.

Филипп никогда не умел просить. Еще с детства. Всему виной была эта чертова гордость! Но Андреас знал, что дожмет его. И сможет помочь, во что бы то ни стало!

Филипп недовольно заерзал, не желая признавать, что в войне за свой брак он безнадежно проиграл! И взять реванш Элион ему вряд ли позволит. Даже если она таяла в его руках, даже если ее глаза вспыхивали светом от нежных слов, эта упрямица все равно продолжала посылать его далеко и надолго, стоило попытаться все наладить.

— Да с ней уже все говорили, она упрямая, как ты! Как баран! — Филипп с досадой ударил по изголовью кровати, садясь удобнее на краю — Уперлась и все тут, не хочет возвращаться. А я переживаю за нее. Она же еще и в положении, понимаешь. Начнутся схватки в глуши, и кто ей поможет, кто позовет хотябы повитуху? Кот ее облезлый?

Филипп презрительно фыркнул, мотнув головой. Не нравилось ему все это.

Андреас нахмурился и встал с кровати. Подошел к окну, посмотрел вдаль. Было жаль признавать, но битву за женские сердца они оба проиграли. Не смогли защитить чувства к тем, кого любили. Но у Филиппа хотя бы еще был шанс?

Андреас подошел к брату и стиснул его прохладные тонкие пальцы в своих руках. Ему хотелось поддержать Филиппа, помочь по мере сил. Андреас выпалил: