Книга Любимая жена-попаданка для герцога, страница 68 – Ульяна Соболева

Где ты сейчас? Как себя чувствуешь? В безопасности ли? Скучаешь ли так же сильно, как я?

Ночи — самые тяжёлые. Я лежу в нашей постели — той самой, де мы были вместе в последний раз — и вспоминаю. Твой запах на подушках. Твой голос. Твой смех.

Твоё тело рядом с моим. Твою кожу под моими руками. Твои губы на моих губах.

Я скучаю по всему. По разговорам до рассвета. По тому, как ты морщишь нос, когда недовольна. По твоему сарказму, который резал бы кого угодно, но для меня звучит как музыка.

И да, я скучаю по близости. По моментам, когда мы были единым целым. Когда весь мир исчезал, и существовали только мы двое.

Я хочу обнять тебя. Поцеловать. Услышать, как ты шепчешь моё имя.

Почувствовать твоё тепло.

Вернись ко мне. Скорее. Пожалуйста.

Твой сходящий с ума от тоски Райнар.

Р.3. Король официально снял с меня все обвинения. Я свободен. Мы свободны.

Осталось только вернуть тебя домой"

Я дочитала и поняла, что не дышу. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Он свободен. Мы свободны.

И он скучает. Так же сильно, как я.

— Хорошие новости? — осторожно спросила Изольда.

Я посмотрела на неё, и только тогда осознала, что на моих щеках слёзы.

— Лучшие, — прохрипела я, вытирая глаза. — Самые лучшие.

Вечером, в своих покоях, я перечитывала письмо уже в пятый раз. Каждое слово впитывала как губка воду. Каждую строчку запоминала наизусть.

А потом начала писать ответ.

"мой любимый, мой единственный Райнар,

Твоё письмо — этои радость, и пытка одновременно. Радость, потому что ты пишешь мне. Пытка, потому что каждое слово напоминает, как сильно я скучаю.

Месяц без тебя — это вечность. Я лечу, работаю, общаюсь с Изольдой. Но всё это время часть меня думает только о тебе.

Ночами особенно тяжело. Я лежу одна в этой холодной постели и вспоминаю нашу последнюю ночь вместе. Как ты держал меня. Целовал. Как мы были так близки, что казалось — одно существо, одно сердце.

Я помню каждое прикосновение. Каждый поцелуй. Каждый шёпот.

Помню, как твои руки скользили по моей коже — нежно, но уверенно. Как твои губы находили самые чувствительные места. Как ты смотрел на меня в моменты близости — с такой любовью, что перехватывало дыхание.

Я скучаю по твоему голосу. По твоему смеху. По тому, как ты обнимаешь меня, будто боишься отпустить.

Скучаю по близости. По единству. По ощущению полноты, которое бывает только с тобой.

Это физически болит — быть так далеко. Я просыпаюсь ночью и тянусь к тебе.

Встречаю пустоту. И слёзы текут сами собой.

Изольда идёт на поправку. Ещё два месяца, и лечение будет завершено. Два месяца, и я вернусь домой. К тебе.

И тогда я не отпущу тебя. Целую вечность.

Жди меня. Скучай по мне. Люби меня.

Как я люблю тебя. Больше жизни. Больше всего на свете.

`Твоя навсегда, Вайнерис"

Я запечатала письмо, отдала Василиусу для доставки. И только тогда позволила себе разрыдаться.

Это было слишком. Слишком далеко. Слишком долго. Слишком больно.

Я хотела домой. К нему. К жизни, которую мы только начали строить.

Но впереди ещё два месяца работы. Два месяца разлуки.

Я могла это вынести. Должна была.

Ради Изольды. Ради будущего союза между королевствами. Ради собственной совести врача, который не бросает пациента на полпути.

Но боже, как же это было тяжело.

На следующий день, во время очередного осмотра Изольды, произошло неожиданное.