Книга Дорогой Монстр-Клаус, страница 14 – Мэйв Блэк

Не переживай, Санта. Я была хорошей девочкой, и получаю награду.

Он тянется к моим волосам, но останавливается, и вместо этого проводит пальцем по линии челюсти.

Наша кожа соприкасается, и хоть я не совсем в сознании, я ощущаю разряд, будто искры бегут под кожей. Моё тело горит, словно огнём, а сердце бьётся так быстро, что я боюсь — умру.

Я издаю жалобный звук, когда его рука отстраняется.

— Не уходи, — шепчу. — Пожалуйста, не уходи.

— Даже не мечтай об этом, — отвечает он, и боже, как мне нравится его взволнованный голос. Он такой тёплый, домашний. Всё, о чём я просила Санту — и даже не понимала.

Когда я просыпаюсь, я укутана в своё одеяло с уродливым рождественским узором.

Я не на диване, как раньше.

Подождите… у меня был потрясающий сон?

Сажусь на кровати, гляжу в темноту комнаты. Сквозь приоткрытые жалюзи пробивается тонкий свет — но до рассвета ещё далеко. В одной ночнушке, я надеваю тапочки и плетусь на кухню.

Ничто так не лечит, как горячий кофе.

— О, хорошо. Ты проснулась.

Я воплю что есть мочи — голос из гостиной. Он выходит из-за дверного проёма, и та самая ухмылка из моего сна — существует в реальности.

— Ты настоящий? — спрашиваю, и вопрос, кажется, застает его врасплох — он смеётся, запрокидывая голову. Линия его шеи такая притягательная, что во мне рождается непреодолимое желание прижаться ближе и вдохнуть его пряный аромат.

— Вау. Я даже не дал тебе удариться головой, когда ты падала, — поддразнивает он, и мне хочется стереть улыбку с его красивого лица ладонью.

Теперь, когда я не в обмороке, я наконец разглядываю его.

Он действительно высокий, невероятно привлекательный, и… у него большие крылья.

Святые угодники.

— Ты… дракон? — вырывается у меня. Может, грубо так спрашивать, тем более что их вид исчез в моём мире столетия назад.

Он прищуривается, и его оливково-зелёные глаза темнеют — да, я помню этот взгляд со вчера. Он ведёт себя, будто человек, на котором лежит груз веков — и всё же находит повод веселиться со мной.

— Если скажу, ты скажешь, кто ты, — торгуется он, оглядывая меня с головы до ног.

Я показываю на себя.

— Разве не очевидно? — почти усмехаюсь.

Все Купидоны выглядят одинаково — мягкие черты, пастельные оттенки.

Он сразу качает головой, скрещивая руки на широкой груди. Он такой мускулистый, такой впечатляющий, и я не могуне перестать на этом зацикливаться. Мне приходится встряхнуть мысли.

— Я Купидон. Ну, одна из них.

Его выражение смягчается, глаза расширяются.

— Купидон? Ты… настоящая?

Теперь моя очередь смеяться.

— Конечно, настоящая. — Я закатываю глаза на его удивление. Он же Санта-Клаус. Вернее, Монстр-Клаус, но всё же. Если онсуществует, почему мнебыть невозможным?

— Тогда почему ты сама не можешь найти любовь? — отвечает он. Слова словно прямой удар. Он попал просто в точку.

Разве он не читал мои письма?

Это не вписано в судьбу.

Моё лицо опускается, печаль накрывает целиком. Он делает шаг ближе, тянется, но руки падают прежде, чем коснуться.

— Я не хотел… — начинает он, но я перебиваю.

— Всё нормально. Вот почему я надеялась, что Санта существует. Купидоны не любят. Так прописано Судьбами. Никак иначе.

Он кивает, раз, и снова скрещивает руки.

— Заключим сделку.

— Сделку? — возражаю, слегка топнув. — Санта исполняет желания без оплаты, разве нет? Почему это должна быть сделкой?