Книга Месть для дракона! Цель: сердце!, страница 52 – Татьяна Сотскова

— О, я уже чувствую, что нам дадут что-то особенное, — Зенон подмигнул мне. — С моей-то репутацией.

Элиот покачал головой, но смеялся.

— Боже, я бы хотел на это посмотреть. Зенон, пытающийся быть серьезным охотником, и его напарница, которая наверняка будет все это время ворчать и критиковать его методы.

— Я не ворчу, — парировала я, наконец позволяя себе легкую улыбку. — Я даю конструктивную критику. Кто-то же должен это делать, если в команде двое, один из которых — Зенон, со всей своей напыщенностью и самоуверенностью. Ты так не считаешь?

Мы продолжили завтрак, и разговор зашел о других темах. Но я почти не слышала, что говорят вокруг. Мои мысли были в лесу. В темноте. С ним.

Это был шанс. Или конец. Я еще не знала, что именно нас ждет. Но знала одно — обратной дороги из этого леса уже не будет. Для нас обоих.

А дальше началась учеба. Лекции, практика и, наконец домашнее задание, над которым придется работать совместно с Зеноном.

Библиотека Небесной Академии погрузила нас в свой особый, торжественный мир. Воздух был насыщен запахом старого пергамента и тишиной, нарушаемой лишь шелестом страниц и отдаленными шагами. Солнечные лучи, пробиваясь через высокие витражные окна, рисовали на полу цветные блики.

Мы сидели рядом за огромным дубовым столом, заваленным фолиантами по магической зоологии — подготовкак предстоящему испытанию в лесу была в полном разгаре. Зенон вел себя… по-другому. Да, он все так же шутил, отпускал свои наглые комментарии, но в его поведении появилась какая-то новая, почтительная внимательность.

Он подвинул мне стул, когда я села. Поднес свечу, когда свет из окна стал падать под другим углом, и текст стало хуже видно. Сделал комплимент моему почерку, когда я записывала что-то в блокнот.

«У тебя почерк как у королевского писца, а не как у деревенской знахарки, опять что-то скрываешь?»

И мне… мне это нравилось. Признаться в этом себе было страшно, но это была правда. Мне нравилось это теплое, легкое внимание, эта игра, в которой я чувствовала себя не целью, а равноправным участником.

Я смотрела на его склоненную над книгой голову, на его сосредоточенное лицо, и внутренний голос мстительницы звучал все тише. Я решила: пока не приедет Пиера и не даст мне совета, пока она не узнает всей правды… Я позволю себе это. Позволю себе сблизиться с ним. Узнать его.

И с этой мыслью вопрос сорвался с моих губ сам собой, тихий и, казалось бы, невинный:

— А какой твой дядя? Лорд Кассиан, да? Ты говорил, он сейчас правит вместо тебя. Пока ты здесь, в отпуске, «набираешься опыта».

Я сама удивилась своей смелости и тому, как заколотилось мое сердце в ожидании ответа. Я ждала услышать описание чудовища. Жестокого, властного тирана.

Зенон оторвался от книги и задумался, глядя в пространство.

— Дядя Кассиан? — он улыбнулся, но в улыбке была легкая грусть. — Он… очень открытый. Искренний. Все воспринимает близко к сердцу. Со своей семьей, с кланом… он как скала. На него можно положиться.

Я почувствовала, как у меня внутри что-то замирает. Это не совпадало с образом безжалостного полководца.

— Правда, — продолжил Зенон, его взгляд стал отсутствующим, — таким он бывает только с самыми близкими. С теми, кому доверяет. А так… он стал очень осторожным. Пожалуй, даже чересчур.