Книга Волшебная больница Святого Владимурра, страница 22 – Виктория Миш

Скоро привезут Темку. Об этом надо думать, и к этому готовиться! Копить силы и укреплять моральный дух.

…Вот только кто знал, что приготовиться к такому— просто невозможно?!

Каталка въехала в палату в половине одиннадцатого. Они задержались, и, причем, сильно. Эллен снова приходила и успокаивала — операция прошла успешно, с сыном всё хорошо. Нужно только понаблюдать, не будет ли у него побочки. За ним наблюдают три врача и даже сам Олег Иванович. Ничего плохого под их наблюдением не случиться, не нужно переживать.

— Какой такой побочки? — спросила я напряженно.

— Вы разве не читали, когда подписывали первое согласие? — взмахнула длинными ресницами девушка, — Вялость, сонливость, сыпь, потеря памяти…

— Чего потеря?! — если при первых симптомах я еще вяло кивнула — что такое читала, то про потерю памяти ничего в согласии не говорилось.

Или я просто не дочитала этот пункт.

— Не волнуйтесь. Обычно этот эффект кратковременный.

— И всё-таки… А если он меня не узнает?

— Вот врачи и ждут, когда он проснется, чтобы проверить первичные реакции. Понимаете, он, как прибыл в наш мир вместе с Алёной Игоревной, так и не пробуждался больше. И неясно, пострадало что-нибудь при переходе, или нет.

— То есть он в коме?! — спросила я самое страшное.

— Нет, просто спит. Лечебный сон. Такое бывает, если резкий прилив магических сил. А он произошел — в операционной была такая вспышка, вы бы видели! Мы на пару секунд ослепли все. Теперь организм пытается справиться с новоприбывшей силой и выстроить потоки. Это чтобы правильно функционировать. Поймите, сон в таком случае — самая первая помощь. А наши организмы сами знают, как себе помочь. Поэтому и есть у врачей такой принцип: «Не навреди!». Во сне детки выздоравливают, во сне и магические вертикали выстраивать проще.

— Да, но всё равно… Что-то долго он спит. Как бы эти вертикали его не испортили… — пробормотала я, совершенно сбитая с толку.

И вот теперь, после нескольких часов тревожного ожидания, в палату въехала каталка с сыном.

— Темка! — я бросилась к любимому комочку. Тому, кто был самым важным существом на свете, — Как ты, котенок?

— Амммаааа… — протянул жалобно он и вдруг блеснул на меня зелеными глазами.

Ослепил прямо! Это было так неожиданно, что я подпрыгнула у каталки и вопросительно взглянула на медсестер. Девушки потупились, и ничего не сказали.

Ясно. Первая странность, к которой следует привыкнуть — у моего сыночка мерцают глаза.Ярко-зеленым неоновым светом.

А что, наверное, это не самое страшное в жизни. Подумаешь, вот были нормальные глаза, а потом вдруг замерцали. А теперь снова погасли и выглядят как обычно.

…В садике дети испугаются, наверное. А может, нам и не нужно идти в обычный садик? Поищем что-нибудь в Междумирье. Или в какой-нибудь магический мир попросимся, как Нора.

— Мама! — вдруг четко выговорил сынок и сел на каталке, подтянув одеяло к груди, — Я скучал по тебе, мама.

Словами не передать, что я ощутила! И радость, и недоверие — ведь раньше Темка говорил лишь междометиями, а меня называл ама или ма, и страх, что сейчас что-нибудь случится, и он снова разучится говорить. Целую гамму чувств, ярких и противоречивых.

Вместо ответа, крепко обняла сына. Прижала к груди и пообещала себе, что всё самое страшное позади. Теперь у нас начнется новая жизнь. А всё, что омрачало ее раньше, мы переживем.