Книга Космический замуж. Землянка для звездных карателей, страница 25 – Леся Тихомирова

Он притягивает меня к себе этим поцелуем, его свободная рука обвивает мою талию, прижимая к своей груди, ко всей его твёрдой, одетой в тонкую ткань рубашки, массе.

Я вздрагиваю, и дыхание перехватывает от осторожности его властного движения. В его неожиданной нежности у меня внутри всё сжимается в болезненный, сладкий комок.

Он поднимает голову, его глаза теперь в сантиметрах от моих. В них я вижу не холодного диагноста, а того самого Рэлона — хищного, властного, и… восхищённого. Мной.

Рэлон целует меня… глубоким, властным, но бесконечно нежным поцелуем. Исследует мои губы с таким вниманием, будто заново открывает их для себя.

Я таю. Моё тело, только что напряжённое и скованное, растворяется в этом прикосновении.

Мои руки сами находят его плечи, цепляются за дорогую ткань. Я отвечаю на поцелуй, открываясь ему, позволяя ему вести. Страх и стыд отступают, смытые простой радостью от того, что он хочет меня не как объект, а как женщину. Что он может быть таким.

Он отрывается от моих губ, его дыхание учащается, а глаза темнеют, наполняются огнём. Его большой палец проводит по моей опухшей нижней губе.

— Слишком нежная, — хрипло говорит он. — И хрупкая. Базового сканирования недостаточно. Я проведуполное. Мы должны быть полностью уверены, что не навредили тебе.

Он отпускает меня и поворачивается к панели. Его движения становятся резкими, целеустремлёнными. Он вводит команды, и медицинское оборудование оживает с тихим гулом.

— Ложись, — говорит он, не глядя на меня.

Его бархатный голос снова становится ровным.

Я послушно опускаюсь на кушетку. Теперь начинается настоящее исследование.

Рэлон переводит меня от сканера к сканеру. Его голос звучит рядом, отдавая короткие команды: «Не двигаться. Вдохнуть. Задержать дыхание. Расслабить правую руку».

Манипуляторы с мягкими насадками скользят по моей коже, считывая показатели. Голографические проекции возникают в воздухе, показывая слои моего тела — мышечные волокна, кровоток, активность нервных окончаний.

И всё это время на мне — его взгляд. Он стоит рядом, полностью одетый в свою тёмную, безупречную одежду, скрестив мощные руки на широкой груди.

Рэлон смотрит. Не на голограммы. На меня. На моё обнажённое тело, полностью открытое ему.

И этот взгляд… слишком пристальный. Он медленно путешествует от моих растрёпанных волос, раскинутых на белой поверхности, к моей груди, которая приподнимается на вдохе, к изгибу талии, к бёдрам, к ногам.

Он изучает меня с неподдельным, глубоким интересом. Рэлон видит всё.

И мне это… нравится. Стыдно, дико, но нравится.

Кажется, что под его взглядом моя кожа нагревается. Внутри закипает что-то тёмное и влажное, напоминание о прошлой ночи. Почему-то хочется, чтобы он снова коснулся меня, не как специалист, проводящий осмотр, а как мужчина.

Я очень хочу, чтобы он сбросил эту маску холодной компетентности.

Но Рэлон подчёркнуто нейтрален. Он комментирует только показания: «Мышечный тонус повышен, но в пределах нормы после физической нагрузки. Уровень кортизола снижается. Хорошо».

Его прикосновения, когда он поправляет положение моей руки или ноги под сканером, быстрые, безликие.

Этот контраст будоражит: пламя, пылающее в его глазах, и лёд в его действиях.

Я лежу, покорная его командам, и моё тело вспоминает Рэлона совсем другим — рычащим, властным, теряющим контроль. И краснею от того, как сильно хочу, чтобы это повторилось.