Книга Космический замуж. Землянка для звездных карателей, страница 27 – Леся Тихомирова

Через несколько секунд процесс завершается. Я одета.

Осторожно трогаю ткань на предплечье. Она невесомая, дышащая, но тёплая. Штаны облегают бёдра, но не сковывают движений. Всё сидит безупречно, как вторая кожа, но лучше. Я чувствую себя… собой. Защищённой. И красивой.

Дверь капсулы открывается. Рэлон стоит снаружи, его взгляд скользит по мне с ног до головы. В его глазах снова вспыхивает восхищение, которое заставляет моё тело реагировать на него.

— Идеально, — произносит он. — Теперь ты выглядишь как ведущий научный сотрудник КЦГО. Осталось этим стать.

Рэлон разворачивается и выходит из гардеробной. Я следую за ним, наслаждаясь лёгкостью и комфортом новой одежды.

Мы проходим обратно через гостиную — Сапфа дремлет на своём коврике, Руби, кажется, уползла исследовать вентиляцию — и заходим в мастерскую.

Здесь царит атмосфера творческого хаоса. Столы завалены оборудованием, голографические проекторы мерцают вполсилы, на одном из экранов застыла знакомая схема Гармонии Вакуума.

Отдалённо напоминает мою импровизированную мастерскую, инструменты здесь на порядки совершеннее тех, что были у меня внизу. И ещё здесь намного просторнее.

Рэлон подходит к центральному столу, активирует широкий экран.

— Эйден уже загрузил сюда все твои исходные данные и служебные отчёты КЦГО по инциденту в секторе Гамма-7, — говорит он.

Его голос меняется, в нём появляется деловая резкость. Он указывает на сложные графики возмущений.

— Вейл действовал топорно, но эффективно. Он симулировал сбой, используя уязвимость в старой версии контроллера импульсов. Все логи указывают на внешнее вмешательство через твой канал подачи заявок. Примитивно, но для быстрого ареста — достаточно.

Он поворачивается ко мне, скрестив руки. Его ясный взгляд теперь теряет тепло, становится цепким и требовательным.

— Тебе нужно две вещи. Первое: доработать Гармонию до рабочего прототипа, который можно установить в тестовый контур. Скорость — наш союзник. Пока Вейл пытается оспорить твой иммунитет через юридические щели, мы представим Совету действующую модель. Это снимет все обвинения в теории и сделает тебя неуязвимой.

Я киваю, мой мозг с облегчением цепляется за знакомую задачу. Это я умею.

— Второе, — продолжает он, — тебе нужно найти в своих алгоритмах слабое место, которое использовал Вейл для симуляции сбоя. И закрыть его так, чтобы это стало неотъемлемой частью Гармонии. Твой проект должен стать не только эффективнее, но и безопаснее существующей системы. Понимаешь задачу?

— Понимаю, — с готовностью киваю я.

Я подхожу к экрану, касаюсь пальцами знакомых энергетических контуров.

— Уязвимость была в буфере данных старого образца, — сходу погружаюсь в задачу я. — Мои алгоритмы его обходят, но… да, если специально сгенерировать помеху на резонансной частоте… Он смог создать петлю.

Я начинаю говорить быстро, технично, забывая о нём, о прошлой ночи, о медосмотре. Это мой язык. Моя стихия.

Рэлон слушает, изредка задавая точные, проницательные вопросы. Он не инженер, но его ум схватывает суть с пугающей быстротой. Он видит логистику энергопотоков так же ясно, как и маршруты грузовых кораблей.

В этот момент дверь открывается. Входит Эйден. Он несёт в руках три плоских планшета. Его взгляд мгновенно находит меня, оценивает новую одежду, мою позу у экрана, горящие глаза. Он кивает, коротко, явно одобряя то, что видит.