Книга Магические звери и как их лечить, страница 15 – Лариса Петровичева

— Нет! Великий Горный, спаси и помилуй!

— Пресвятые небеса! Остановитесь!

Против Слепой плесени бесполезна почти вся магия мира. Только объединившись однажды, гномы, эльфы, люди и драконы, смогли победить ее. Но сейчас она вернулась и восстала перед Эннаэлем и Питом во всем своем сокрушающем величии.

Некоторое время я наслаждалась перепуганными физиономиями эльфа и гнома, которые вцепились друг в друга, трясясь от ужаса, дождалась, пока впечатление закрепится, как следует, и потом снова постучала в центр ладони, отменяя видение.

Все растаяло. Перед эльфом и гномом снова был дивный летний вечер без следа Слепой плесени. В березах по-прежнему звучала Песнь богов, делая их живыми, а сокровищница Галлара была в столичном музее, целая и невредимая.

Некоторое время Пит и Эннаэль стояли, тяжело дыша и глядя друг на друга, не в силах поверить, что кошмар закончился. Потом они перевели взгляд на меня и стало ясно: два враждующих народа готовы объединиться на поле боя против общегонеприятеля.

— Ах ты ж червячина промойная, — протянул Пит с обманчивой мягкостью. — А я тебе бабкино золото отдал! А ты! Меня! Плесенью!

Эннаэль выразился проще.

— Мерзавка! Что я тебе сделал?!

Вдвоем они сделали несколько мягких шагов вперед — так шагает хищник, когда хочет броситься на жертву. Я не отступила: скрестила руки на груди, посмотрела с вызовом.

— Вы оба это заслужили. Вы оба позорите свой народ! Уж извините, захотелось вас проучить! Обоих!

Эннаэль и Пит остановились. Не знаю, чего уж они ожидали, видно, того, что я рвану от них с криками — но я не собиралась убегать.

— Считайте это воспитательной мерой, — продолжала я. — Продолжите перебрехиваться, я притащу не только Слепую плесень, но и Исказителя времени. Чувствую, он вам прямо понравится!

Исказители времени много веков считались легендой, но наш академический зельевар отчетливо бледнел при их упоминании. Они питаются воспоминаниями, закрепленными во времени. Например, эльф обнаруживал, что дуба, под которым он дал клятву любимой женщине, никогда не существовало. Да и женщины тоже не было. А гном понимал, что в истории не осталось какого-нибудь великого воина — потому что Исказитель стер его из истории.

Для рас, живущих памятью и наследием, не было ничего ужаснее.

Но Эннаэль вдруг широко улыбнулся, и его улыбка мне не понравилась.

— Ну мы же будем знать, что это иллюзия, — медовым тоном процедил он и приказал: — Так что ты нас этим уже не возьмешь. Пит, заходи справа. Давай-ка проредим ей лохмы!

— Пришел час расправы! — сквозь зубы выдохнул Пит.

И свежесозданные компаньоны бросились ко мне — а я рванула от них вниз по холму.

Мне давно не приходилось бегать — в академии, конечно, были занятия физкультурой и один из талантов мага это, разумеется, возможность вовремя удрать, но я давно не практиковалась. Однако сейчас страх расправы придал мне сил, и я побежала так, что обогнала бы любого чемпиона.

Но и эльф с гномом не отставали. Моя иллюзия испугала их так сильно, что они просто не могли меня простить.

Заодно и штаны просушили бы на ветерке.

Я слетела с Зеленых горок и помчалась по улице Ферн — респектабельному и спокойному району. Люди здесь живут солидные и серьезные, им по статусу не положена такая беготня, так что откуда-то сзади сразу же раздаласьскребущая по нервам трель полицейского свистка.