Книга Магические звери и как их лечить, страница 29 – Лариса Петровичева

Крысища и правда получилась знатная — жирная, с наглой мордой и длинным голым хвостом. Выйдя в самый центр приемной, она сощурила красные глазки и замерла, шевеля бусинкой носа, словно готовилась атаковать.

Иван вздохнул, легонько дунул, и с его губ сорвалась струйка огня. Крыса тотчас же рванула прочь и исчезла за приоткрытой дверью: все иллюзии бегут от чистого драконьего пламени. Марианна качнулась и еще сильнее прижалась к доктору Брауну.

— Господи, я чуть не умерла… — пролепетала девушка. — Иван, вы истинный рыцарь… ах!

— Я вас провожу, — сдержанно произнес дракон и повел Марианну к выходу — она так и продолжала к нему липнуть, дрянь такая. Я хотела напугать нахалку, но в итоге сыграла на ее поле.

Доктор Браун провожал Марианну примерно четверть часа. За это время Мартику успели выписать особые водоросли для очищения чернил времени и ванны с водой абсолютной ясности, и хозяин аккуратно покатил аквариум к выходу.

Когда Иван вернулся, я старательно заполняла журнал приема пациентов, записывая имена и назначения каллиграфическим почерком. Доктор Брауностановился, задумчиво постучал пальцами по стойке — я подняла голову от журнала и посмотрела на него с самым невинным видом.

— Виртанен, вы бессовестная личность, — устало произнес доктор Браун. — Совершенно бессовестная.

— Я ничего не делала, — спокойно ответила я. Иван усмехнулся.

— Ваше “я ничего не делала” до сих пор сидит у мусорного ящика. Вы совсем не стыдитесь ваших поступков?

— Я ничего не делала, — повторила я. — Крысы всегда трутся возле ветеринарных клиник. Иногда даже приносят цветохвостов на прием.

Иван облокотился на стойку. Посмотрел так, словно я была заразой под микроскопом.

— Виртанен, — произнес он с какой-то привычной усталостью. — Моя личная жизнь вас не касается. Штраф двести крон.

Я прикинула зарплатную ведомость за месяц — выходило печальное. Ну ничего, продам один из честно заработанных золотых зажимов.

— Стоило того, — пробормотала я, и доктор Браун отправился в свой кабинет.

* * *

Потом пациенты пошли кучно.

Девочка принесла большого шпротного кота — тот возмущенно мяукал, махал лапами и крутил головой, словно ему мешал ошейник с розовым стеклянным сердечком.

— Он говорящий! — сказала девочка, устанавливая переноску на стойку. — Он всегда говорил и рассказывал сказки, а теперь вот перестал.

Так, у нас в гостях убаюн. Копия обыкновенного дворового котейки, которая даже не в родстве с кошачьими. Квазиразумное живое существо, их в свое время обожали ведьмы — где еще найдешь фамильяра, с которым можно обсудить инквизицию и заказчиков?

— Мя-а-а! — проорал кот и начал долбиться лбищем в дверцу переноски. — Умя-а-а!

— Умирает? — испугалась девочка. — Люся! Люсенька!

Так, это что, еще и кошечка? Я аккуратно открыла переноску, и Люся тотчас же наградила меня ударом лапы. Но я успела увернуться, натренированная на повадках Карася, и сунула ей кисточку с бусинкой-колокольчиком.

Н-на! Люся ударила так, что кисточка улетела в другой конец клиники. Выпрыгнула из переноски, изогнулась, зашипела — фамильяр, который спокойно спал на кофейном аппарате, удивленно приоткрыл глаза.

— Маа-а! — Люся издала возмущенный вой и цапанула лапой ошейник. Я изловчилась и сорвала-таки его — Люся тотчас же поддала по нему лапой, отправляя вслед за кисточкой, и прошипела, с ненавистью глядя на хозяйку.