Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 238 – Александр Нетылев

Ичэнь, впрочем, сказал, что здесь это обычная практика.

Саму клетку для неё не открыли. Зато принесли циновку, на которую Аосянь уселась у самой решетки.

И просунув голову между прутьев, Демон-Лис удобно устроился у нее на коленях.

— Ты пока что не можешь принимать человеческую форму? — полюбопытствовала девушка.

— Могу, — ответил Ичэнь, не открывая глаз, — Но пока что это тяжело. Да и зачем? Я приму её, если решу прорываться силой. Чтобы выскользнуть незаметно, лисий облик удобнее.

— Но пока что ты не собираешься делать ни того, ни другого, — констатировала Бог Войны.

Какое-то время Мао Ичэнь молчал. Несмотря на отчаянную ситуацию, он наслаждался как вынужденным бездельем, так и тихой лаской любимой женщины.

Но это не отменяло тяжелого признания:

— Я не знаю, что делать. Когда-то я не колебался бы. Те, кто посмел обращаться со мной таким образом, заслуживали бы мучительной смерти. Но… Наверное, слишком много я вложил в этот город, чтобы просто скормить его крысам.

Инь Аосянь улыбнулась. Она не стала указывать на то, что он сам не верил, что к этому сводился весь его мотив.

Ведь когда он врал, его уши шевелились.

— Ты думаешь, они не отпустят тебя из-за прошения народа? — спросила девушка.

— Вряд ли, — ответил лис, — Смертные горды. Для Императора просто отпустить меня — равносильно признанию поражения. Но и казнить меня он теперь тоже не рискнет. В общем, отдыхаем пока.

Фея-Бабочка сделала вид, что верит его браваде. Мысленно же понадеялась, что ему не хватит дурости поддерживать уверенный вид, чтобы спровадить её, а затем тихонько героически умереть.

За такое она бы непременно отомстилаему в следующем воплощении.

— Да, кстати, — спохватился Мао Ичэнь, — Если тебя вызовет к себе второй принц… Это такой, с голубыми глазами и лицом как у лошади… Напомни ему о нашем разговоре и скажи, что ситуация не изменилась.

Инь Аосянь вопросительно приподняла брови.

— Перед самым отъездом в Хунань у нас с ним была весьма занимательная беседа о любви. Я сказал ему, что хотя я действительно люблю тебя, именно поэтому угрожать тебе, чтобы давить на меня, будет верхом глупости с его стороны…

«Аосянь, думай о деле!» — напомнила она себе.

Но почему-то конец фразы для неё заглушил гулкий стук подпрыгнувшего сердца.

— Ты никогда не говорил об этом мне… — отметила девушка.

Демон-Лис приоткрыл глаза и посмотрел на неё.

— Ты никогда не говорил, что любишь меня, — пояснила она.

— Я думал, ты в курсе, — как-то сконфуженно отметил Король Демонов.

Бог Войны криво усмехнулась:

— Я догадывалась. Но мне очень важно было услышать об этом от тебя.

Приподняв голову, лис огляделся.

— Не самая подходящая обстановка, — вынес вердикт он, — Да и вид у меня сейчас не очень презентабельный. Ну-ка, дай минутку.

Приподнявшись и отойдя вглубь камеры, он принял свой человеческий облик. Из-за насильственности прошлого превращения или по какой-то иной причине, но сейчас вместо зеленого чиновничьего халата на нем красовались какие-то лохмотья.

Но Короля Демонов это не особенно волновало.

Потратив несколько секунд на изучение замка, он разбил его одним просчитанным ударом. Выйдя из клетки, Мао Ичень преклонил колено перед сидящей девушкой и нежно коснулся ладонью её лица.

— Инь Аосянь, — проникновенно глядя ей в глаза, произнес он, — Я люблю тебя. Я всегда буду тебя любить. И я обещаю тебе, что это не конец нашей истории.