Книга Путь к дому, страница 106 – Софья Вель

— Но я ей ничего не подарил, не отдал ничего из того, о чем просила.

— И поэтому теперь отнимаешь последнее? Ты оставляешь Селену разгребать все то дерьмо, что вы наворотили? — расхохотался Рейх.

— Что МЫ наворотили, — заметил Владыка и Рейх неожиданно осекся. — Я даю мирам шанс… Шанс возродиться, если мы все проиграем.

Повисла долгая тишина.

— А как же Кирия? — наконец спросил Рейх

— Кирия? Я должен просить у ТЕБЯ за Кирию?! — Владыка аж выдохнул от возмущения

— Тогда почему ты просишь за Селену? — огрызнулся Рейх, потом поостыл — Я могу спрятать их всех.

— Нет, не можешь.

— Ты недооцениваешь меня, впрочем, как и всегда.

— Почему ты так уверен, что только ты один расставил фигуры на шахматной доске?

— Они не фигуры на шахматной доске! — огрызнулся Рейх.

— Мы все фигуры, и у каждого из нас своя роль и судьба. Но вот только с головы Селены не должно упасть больше ни волоса.

— Так вот оно в чем все дело! Ты не доверяешь Творцу. Боишься, что роль, отведенная фигуре Селены…

— Я просто не хочу, чтобы Селена была частью чужой игры. И ты лучше меня знаешь почему.

— Я бы и так никогда не отдал её вам! Вы гнусное сборище прожигателей пространства. А Селена — настоящее чудо, венец творения, единственно ценное в вашем поскудном бытие!

— Выходит, в некоторых вопросах мы смотрим на вещи одинаково, — грустно улыбнулся Владыка.

Видение померкло, Селена пыталась отдышаться. Фавн поднес ко рту девушки ладонь, полную океанской воды.

— Я ненавижу вас всех, — горько заметила Села, отбивая руку.

— Не надо нас всех ненавидеть! — жалобно проблеял козлоног. — Поспите, быть может, сон на свежем воздухе будет спасительным. Быть может, вы, наконец, допустите сны в свое сознание. Сны о том, что так дорого и важно. От чего вы так упорно бежите…

[1] Топор с двумя лезвиями, чуть-чуть корочев рукояти секиры.

Лес… такой тихий. Казалось, слышно каждую падавшую снежинку. Зимний закат грозился раскрасить небо в ало-оранжевый. Холодало. Мягкий и липкий снег превращался с сухую хрусткую крошку.

Элладиэль лежал с закрытыми глазами. Колкие и мелкие снежные пылинки медленно опускались на спокойное и расслабленно лицо: на брови темного золота, на длинные пушистые ресницы раскосых глаз. Казалось, Светлый Владыка и не чувствует холодных касаний снежных цветов.

Ледяная пыль мягко парила вокруг, танцуя в золотисто-оранжевых лучах заката.

Сильвия сидела рядом, снова и снова вглядываясь в совершенные черты, ища и не находя ни одного изъяна. Ей было даже жаль, что такого нет. Таким Владыка был для нее совсем нереальным. Никак не связанным с этим миром. Что это? Девичье видение, фантазия? Воплощенный ли он… и эта поляна, или она грезит и скоро придется проснуться?

Сильвия покусывала губы, чуть цепляя кусочки шершавой кожи. Завтра, или уже сегодня, губы растрескаются…

— Ты не замерзла? — тихо спросил спутник.

— Нет, — Сильвия не хотела рушить и без того хрупкое мгновение словами.

— Хочешь весну?! — эльдар приоткрыл глаза, наблюдая за привычно молчаливой собеседницей из-под длинных золотисто-черных ресниц.

Весна. Было бы чудесно. Но и весна, особенно весна, разрушит хрупкое мгновение.

Сильвия покачала головой. Он снова закрыл глаза.

Оба долго молчали, прежде чем Сильвия попросила:

— Владыка, покажи мне брата.