Книга Путь к дому, страница 61 – Софья Вель

— Ваши родители умерли этой весной, когда был мор. И остались вы одни. Верно?

Девочка молчала. Элладиэль никак не мог придумать, как вывести молчунью из ступора. Вернулись Алеон и Сильвия, но они сразу ушли в соседнюю комнату. Алеон отправился отрабатывать дежурство у барона, теперь еще и за Элладиэля. И Светлейший снова остался один на один с обиженным и измученным ребенком.

— Брат очнется к утру, — пообещал девочке Старший. Но она опять никак не отреагировала, даже мыслями. Он вздохнул и продолжил:

— Сегодня тебе есть нельзя, но придется много пить. Скоро начнет сильно тошнить. Я побуду с тобой, пока вся отрава не выйдет.

Ребенка и правда скоро затошнило, на что девочка заплакала горько-горько. Элладиэль аккуратно подставил ведро. Он бы использовал красивую магию, но за стеной были Сильвия и дети. Магия больше недопустима.

Селена опять заревела. Сильвия пыталась успокоить ребенка. И тут очнулся Эндемион. Элладиэль вздохнул и осторожно постучал в соседнюю комнату. Ему открыли.

— Госпожа позволит? — Элладиэль забрал Селену себе. Вместе с плакавшей малышкой он вернулся к больной Мари.

— Ее зовут Селена. И она… она любит сказки. Я попробую рассказать одну.

Элладиэль посмотрел на девочку и вспомнил сказку из мира людей. Может, она будет знакома и понятна девочке?

Сильвия злилась. Воспоминания вернулись. А вместе с ними и обида. Отчего все так вышло? Отчего она все время пленница? Отчего она теперь проклята? Отчего все всегда получают от неё, что хотят, не спрося ее саму?

А еще она боялась. Все казалось ей фальшивым — забота и навязчивая опека. Дети бесконечно много плакали. Была ли Сильвия готова к малышам? Она так хотела продлить их дни, когда бежала по дороге. Но даже не представляла, что они доживут до часа рождения. И теперь. А теперь сходила с ума от усталости и растерянности.Чувство вины перед малышами смешивалось с чувством обиды.

Она не может вернуться к своим старшим детям. Она мерзкий, поганый, отвратительный дракон. Безжалостная убийца. Даже странно, что она еще не устраивает ночных кровавых пиршеств! От некоторых воспоминаний Сильвию буквально передёргивало.

Сильвия все больше распознавала в жмущейся по углам сознания кошке того самого коварного дракона. И люто ненавидела эту новую часть себя, темную и страшную, так некстати разбуженную кровью Владыки. Душевная кошка даже мыслить-то неспособна, только выть от страха и жаться по углам! И как с этим всем жить?!

Безумно злясь, Сильвия не могла спокойно взглянуть и на Алеона, возлагая всю вину на него. Переживания напоминали огромную кастрюлю, где долго варилось снадобье, плотно закрытое крышкой, и теперь пар поднял давление до предела, вышибая все замки. Их прошлое, их настоящее. Их ли? Вся абсурдность этой ситуации, в которой они очутились! Не приведи её Алеон в Поднебесье, ничего бы не было! А может, стоит начать еще раньше? Не забери Алеон камень из Излаима…

Невыносимость ее бесконечного плена, один плен сменялся другим!

И вдруг весь мир перевернулся.

"Зачем?" — прозвучало в пространстве их общего дома. Зачем Элладиэлю спасать сирот?

"Неужели?", — изумилась догадке Сильвия. Не может быть! Он не пожалел ее мира, целого города, но пожалел двух случайных сирот?

Сильвия сидела, прижавшись к стене. Она всегда сидела так, когда Элладиэль рассказывал сказки малышам, сидела и не могла перестать слушать. Злилась на себя. Но сказки были такими красивыми, такими волшебными. Энед и Селена всегда покорно замирали, слушая их, как бы плохо ни было до того.