Книга Королевство теней и пепла, страница 170 – Дж. Ф. Джонс

Голос Веры прорезал туман.

— Что ты видела?

Ведьма была теперь ближе, взгляд острый, лицо искажено тревогой.

Рен прижала дрожащую руку ко лбу, пытаясь унять дрожь.

— Некоторые видения, — прохрипела она, — как пазлы. Кусочки швыряют в тебя, и ты должна собрать их воедино. — Она сглотнула; во рту пересохло. — Но на этот раз… на этот раз я видела будущее.

Вера придвинулась ближе, её руки сжались в кулаки.

— Какое будущее?

— Будущее, в котором проклятие не остановлено.

Долгая пауза. Затем:

— И что ты видела?

Рен повернулась к ней; тяжесть видения давила на грудь.

— Там ничего не осталось, — прошептала она. — Никого не осталось. Мы все… пали. Соскользнули в какой-то бесконечный сон.

Вера резко втянула воздух.

— Кроме одного.

— Кого? — спросила Вера.

Пальцы Рен вцепились в ткань туники.

— Эша Ахерона.

***

Мэл нашла мужа на тренировочном дворе, где он, по всей видимости, вёл весьма жаркую дискуссиюс Хейганом. С того места, где она стояла, прислонившись к нагретой солнцем каменной стене, ей было видно, как Эш морщился каждый раз, когда притворялся, что у него есть силы поднять меч, а его лучший друг едва скрывал веселье.

Она улыбнулась, наблюдая, как принц-дракониец делает вид, что больше не ранен, что его тело не предаёт его каждым натужным движением. Упрямый дурак.

— Я искренне считаю, что тебе стоит прислушаться к Алому гвардейцу, — окликнула она его; в голосе звучала усмешка.

Эш повернулся к ней, его золотые глаза сузились в притворной обиде.

— Ты на его с-стороне? — спросил он недоверчиво. — Я твой м-муж, если нужно тебе напомнить.

Мэл не ответила. Вместо этого она поспешила к нему, запечатлев долгий поцелуй на его щеке, словно это простое действие могло отогнать назойливый голос в голове, кричащий ей отправляться за кинжалом. Она проигнорировала его. Она подождёт празднества по случаю помолвки, когда все взгляды будут прикованы к торжеству, когда никто не заметит, как она ускользнёт в ночь.

Что означало: у неё остался один день. Один день, чтобы провести его рядом с ним. Один день, прежде чем всё изменится.

— Надеюсь, ты не настолько глуп, чтобы пытаться поднять меч в твоём состоянии? — спросила она у самого его уха, задев зубами мочку, ничуть не смущённая присутствием его лучшего друга, стоящего в нескольких футах.

Дразнящие нотки в её голосе не укрылись от него, как и то, как потемнел его взгляд, скользнув по её чёрному платью. Его зрачки расширились, выражение лица сменилось обещанием, которое Мэл знала слишком хорошо, — обещанием того рода, что заставит её выдыхать его имя в глубину ночи.

— Как насчёт того, чтобы мы с Хейганом сразились, а ты посмотрел? — предложила она, выгнув бровь.

Правый глаз Эша дёрнулся, и она рассмеялась.

— Обещаю не ломать твоего лучшего друга, — прошептала она, и тепло её дыхания на его коже вызвало у него дрожь.

Расправив плечи, Мэл изучила Хейгана, когда тот начал кружить вокруг неё. Он был вооружён двумя драконийскими короткими мечами, их волнистые клинки сверкали на солнце. В отличие от богато украшенного оружия драконийской знати, мечи Алой гвардии не имели никаких украшений — ни инкрустированных камней, ни затейливой гравировки, только сталь, отточенная для единственной цели —войны.

Мэл оставила свой меч в покоях и не могла использовать здесь свои силы — не на открытом месте, не перед столькими любопытными глазами. Слишком многие уже видели, на что она способна у стены, включая Хейгана. Эш заверил её, что его друг никогда не расскажет об этом, но доверие — вещь хрупкая, и Мэл не хотела рисковать своим. Остальные пока молчали о том, чему стали свидетелями. Возможно, истины, сияющей в её фиолетовых глазах, было достаточно для объяснения. Или, может быть, их молчание было рождено не пониманием, а рассеянностью — умы были слишком обременены нависшей тенью проклятия, чтобы зацикливаться на том, кем или чем она была на самом деле.