Онлайн книга «Королевство теней и пепла»
|
Мэл застыла. Кресло было знакомым по форме. Такие делали и у неё — глубокие, круглые, похожие на гнёзда Виверн. Сама она часто ночевала в таком, предпочитая его постели. Сейчас он казался моложе, без жёсткой выправки. Дышал почти не слышно, ровно, спокойно. Как же это просто. Он не услышит её шагов. Не проснётся, когда она наклонится, и клинок войдёт меж рёбер. Тёплое сердце стихнет под её ладонью и пророчество свершится. Мэл сняла плед со спинки кресла. Глупый драконий принц. Сон здесь не спасёт от меня. И всё-таки при всей этой мысли, при знании, что однажды ей придётся его убить, она накрыла его пледом. А потом вернулась в свою комнату. … Эш дернулся, вынырнув из сна, воздух вошёл резко, сердце колотилось. Тени сна ещё липли к коже: чёрные, как пролившаяся тушь, волосы; ногти, царапающие плоть; смех, вьющийся дымом, тёмным, звенящим. Грудь стянуло пустотой, когда остатки сна рассыпались. Он огляделся. Кабинет. Ночевал здесь, оставив спальню жене. Сколько бы искушение ни шептало на краю сознания, сколько бы часть его ни хотела занять место рядом, он не зайдёт. Жена. Звание ещё было чужим, неосознанным. Эш резко выдохнул, отряхивая остатки сна. Он женат. На виверианской принцессе. Понравилась ли ей комната? Нашла ли утешение в подарке, который он вымерял по крупицам? Или перегнул — навязал близость, где ей не место? Он поднялся и что-то соскользнуло с плеч. Плед. Он не укрывался. Оставил себя открытым ночной прохладе, надеясь усмирить кипящую под кожей нервную силу. Не помогло. Она была за дверью и этого хватило, чтобы сон был беспокойным. Мэл Блэкберн сидела на столике на балконе, поджав ноги, вся в утреннем свете. Между губ завис виноград, она застыла, разглядывая его. Эш тоже застыл. Взгляд метнулся от неё к подносам на тёмном столе. Челюсть напряглась. Если служанки заглянули раньше и увидели нетронутую постель… начнут ли шептать? Брачный союз по клятве — всем должно быть ясно, и всё же… шёпот слуг умеет добираться куда не надо. Мэл откусила ягоду, не моргнув, сок лениво скатился по подбородку. — Клара принесла, — сказала она, не сводя с него глаз. — Она никому не скажет, что мы спали порознь,муж. Не хотелось бы, чтобы решили: начали не с той ноги. Муж. Она дразнила. Эш подавил вздох, подошёл и сел на противоположный край, оставив расстояние. Она продолжила есть, глядя на море, беззаботно. Он потянулся за фруктом… Бледная, с когтем, ладонь шлёпнула по его руке. Золотые глаза сузились; в груди низко заворчало. Что с ней не так? — Гнилое, — промямлила она, пережёвывая. Он едва удержал гримасу, когда вгляделся в содержимое стола. Тарелка к тарелке — и всё тухлое: распухшие чёрные фрукты, мясо на грани распада. Желудок скрутило. Мэл жевала, ни капли не смущаясь. Понимание вонзилось остриём. Он ни разу не видел, как едят вивернийцы. На пиршествах они вежливо отказывались от драконийской еды и исчезали. Теперь ясно почему. Мэл отмахнулась: — Клара принесёт тебе еду. А тебе никто не говорил, что ты по утрам страшно ворчлив? Челюсть Эша скрипнула. — Ещё сильнее стисни и распилишь стол, — улыбнулась она остро. Клыки блеснули, язвя. — Жалко будет. Мой муж очень старался, обустроив мне это место. Эш резко выдохнул и уставился на море. Он слышал, как её улыбка увеличивается. — Хорошо спал? |