Книга Баллада о зверях и братьях, страница 140 – Морган Готье

Мы добираемся до середины, как вдруг онгоки и их адские гончие начинают пересекать реку вслед за нами. Я не заметила у них оружия, что означает: единственная их тактика — это ближний бой.Я не настолько наивна, чтобы верить, что смогу победить их в рукопашной, несмотря на всё, чему научилась. Одного удара когтей хватит, чтобы лишить меня конечности.

— Целься в грудь, если они подойдут слишком близко, — Атлас удерживает меня в равновесии. — Ломай лёд под ними, только если они на расстоянии. Я не хочу, чтобы ты провалилась.

Я киваю:

— Грудь и лёд.

— Воздвигни щит, — приказывает он.

— А ты?

— Не думай обо мне, — его фиолетовые глаза встречаются с моими. — Что бы ни случилось со мной, защищай себя. Поняла?

Я хочу возразить, но времени нет. Онгоки натравливают своих гончих на нас, и Атлас, скользя на коленях вперёд, разрубает одно из чудовищ своими теневыми клинками, рассекая грудь и шею зверя. Он вскидывает голову на двух оставшихся псов, пока три части расчленённого тела разлетаются по льду.

Я так заворожена тем, как он сражается, что едва не упускаю из виду двух онгоков, обступающих меня с разных сторон.

Я воздвигаю щит. Но понимаю, что если не буду атаковать, то быстро выдохнусь, поддерживая защиту, а они, похоже, не собираются отступать. Пора перестать обороняться и показать врагам, почему меня стоит бояться. Я опускаю щит, врезая его в лёд, и наблюдаю, как трещина зигзагом ползёт вперёд, расширяясь по мере продвижения. Одна из ног онгока застревает, и, хотя он пытается удержаться на поверхности, он не успевает — лёд под ним ломается, и он проваливается в ледяную воду. Второй онгок более ловкий, а возможно, и быстрее, чем его товарищ. Он перепрыгивает трещину и стремительно несётся ко мне.

Я бросаю взгляд на Атласа, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке, и вижу у его ног трёх мёртвых гончих, а сам он сражается с третьим онгоком. Облегчённо вздыхаю, зная, что он справляется, но, когда возвращаю взгляд к своему противнику, я с ужасом обнаруживаю, что его там нет.

— Что за… — бормочу я, когда страх сжимает моё сердце.

— Она говорила, что ты можешь доставить неприятности, — шепчет монстр у меня за спиной. В ту же секунду, как я оборачиваюсь, его костлявая рука сжимает моё горло и легко поднимает меня над землёй. — Честно говоря, я разочарован. Я думал, ты окажешь больше сопротивления.

Я пинаюсь, но не попадаю по нему. Обхватывая его руку, я позволяю гневу разгореться внутри себя и обжигаю его предплечье также, как когда-то сделала с Веспер. Он воет от боли, роняя меня из своей железной хватки.

— Сучка! — рычит он, скорчившись на льду и прижимая обожжённую руку к телу.

— Какое разочарование, — говорю я, отступая на несколько шагов. — Я думала, ты окажешь больше сопротивления, — я взрываю лёд под ним и наблюдаю, как он падает в воду, яростно барахтаясь и вопя. Я не двигаюсь, пока не вижу, как голова монстра уходит под воду, и жду, чтобы убедиться, что он не всплывёт обратно.

Последний онгок бьёт Атласа, вырывая из него болезненный стон. Атлас спешит подняться на ноги, но демон не намерен позволить ему встать и добить себя, и с размаху бьёт его ногой прямо в грудь, отбрасывая прочь. Атлас падает на спину с хрустом и, держась за рёбра, пытается перевести дух. Существо стремительно идёт к нему, намереваясь добить.