Книга Пожиратель Тьмы, страница 63 – Никки Сент Кроу

Её имя, как молитва. Зубы сжимаются, пытаясь сдержать жжение в глазах. Сколько прошло с тех пор, как он видел её в последний раз? Месяцы? Годы? Века? Он не помнит. Кажется, очень иного. Достаточно давно, чтобы забыть веснушки, россыпью лежащие на её носу. То, как её глаза поблёскивали на свету.

Она смеётся, потом отворачивается от него и убегает. Он следует за ней по лабиринту тёмных коридоров. Она всё время чуть-чуть вне досягаемости, волосы мелькают за следующим поворотом.

А потом он снова у своей спальни.

Лейни нигде не видно.

Сердце гулко стучит у него в ушах.

«Все, кого ты когда-либо любил, ушли от тебя»,— говорит ведьма.

Нет,— думает он. Венди здесь. Капитан.

«Они сбежали друг с другом, как и прежде».

«И когда ты поймаешь их снова, отберёшь ли ты другую руку у капитана?»

Нет,— думает он снова, рыча, молясь.

Он распахивает дверь и находит свою комнату…

Пусто.

Паника накрывает.

Комната кружится.

Нет.

Они ушли? Они решили, что его слишком много? Слишком много всего. Проблем. Опасности. Насилия. Багажа.

Они решили, что им лучше без него и его чудовищных привычек.

Они хотели знать, умеет ли он заботиться, умеет ли любить, а он не смог вытолкнуть слова из когтя собственных зубов.

Чудовища не умеют любить.

У чудовищ нет сердец.

«Они ушли от тебя».

Он отворачивается от комнаты, спотыкается.

Ведьма впереди него и тут же за спиной.

Она везде одновременно, смыкается вокруг.

«Иди сюда»,— говорит она.

«Иди туда»,— говорит она.

Он оказывается в задней части дома и врывается в оранжерею.

Там уже годы и годы ничего не растёт, но воздух всё ещё слабо пахнет цитрусами.

Он моргает, вглядываясь в тусклый лунный свет, льющийся сквозь стеклянные стены.

Там силуэты, несколько, много. Призраки его прошлого.

— Почётный гость наконец-то прибыл, — окликает голос из теней.

Фигура обходит его, клинок вспыхивает в лунном свете.

Это его клинок.

Нет времени гадать, когда и где он его потерял. Только то, что потерял.

И клинок идёт вперёд, вонзаясь ему в живот.

Это ёбаное шоу.

Всё это.

Единственный плюс в том, что Уин здесь нет, а тень отлично справляется с тем, чтобы не подпускать её.

Мы с ней на одной странице в вопросе её защиты. Хоть в этом у нас совпадают взгляды.

Вопрос, который сейчас крутится у меня в голове и донимает, как ёбаная мошка: как, мать вашу, Мифотворцы узнали, кто мы такие? Потому что остановить меня и Рока могут только две вещи: ртуть и клинок. Очень конкретныйклинок. И никто по эту сторону зеркала не должен знать наших секретов.

Сейчас ртуть гудит у меня в венах. Дилетантская ошибка: выпить у кого-то, не задумавшись о том, что там и откуда это взялось.

Малакай, грёбаный ублюдок. До рассвета будет мёртв. Обещаю.

Или, может, я потащу его обратно в Неверленд, когда закончу здесь, и мы будем использовать его для тренировки по стрельбе.

Я забыл, каково это, быть слабым. Ртуть заставляет меня чувствовать себя смертным. Вялым и дрожащим, и мне жарко.

Прямо сейчас я едва могу держаться на ногах, не то что драться. Тень тычет в меня, словно пёс, подгоняя подняться.

Не могу.

Раньше ртуть, попавшая внутрь, вырубила бы меня на часы. Теперь я не уверен. Тень, скорее всего, выжжет её, но недостаточно быстро.

Вот Мифотворец стоит передо мной, окружённая своими прихвостнями. Вот Рок через комнату, моё зеркальное отражение: он на коленях, его качает.