Книга Тень Тьмы, страница 72 – Никки Сент Кроу

– Но проблем слишком до хера. – Вейн резко поднимается из-за кухонного стола. – Кстати о проблемах: ты не видел Черри? Если мы заявимся к Крюку на порог без неё, возникнут вопросы.

– Не, не видел. Но в конце концов она объявится, и тогда мы выгоним её домой, как дикую кошку.

Он кивает.

– Тогда давай надерём задницы пиратам и вернём твою тень. Мне надоело быть самым сильным в компании.

– Грёбаный ты мудак, – фыркаю я со смехом и цепляю его локтем за шею. Он тоже смеётся. – Когда я получу тень обратно, устроим гонку в облаках.

Его фиолетовый глаз загорается предвкушением состязания.

– С удовольствием тебя побью.

Кас

Мы идём на территорию Крюка: Пэн и Вейн во главе, наша Дарлинг надёжно укрыта между мной и братом. Ночь прохладная, воют волки.

В воздухе ощущается что-то неправильное, не знаю, с чем это может быть связано.

Но волки – хороший знак. Ба всегда говорила, что волки – символ защиты и силы. Хотелось бы, чтобы это было доброе предзнаменование, в свете грядущего. Если мы собираемся пойти против Тилли, Пэну необходимо получить власть над своей тенью – и как можно скорее.

Возможно, именно это и кажется мне неправильным – столкновение с сестрой. Эта мысль назойливо мешает мне, как неподходящая по размеру одежда, от которой чешется кожа.

Я не хочу ненавидеть свою сестру, и всё же мой нынешний гнев очень близок к ненависти.

Она знала, что задумал отец, и собиралась действовать вместе с ним: лишить нас наследства, выйти замуж за пирата, свергнуть Питера Пэна.

Разве мы с Башем не делали всё, что должны были, чтобы стать королями? Мы просиживали бесконечные часы уроков придворного этикета и хороших манер. Мы изучали древние тексты, чтобы узнать обычаи наших предков. Мы практиковали магию фейри и часами отрабатывали во дворе приёмы владения мечом и боевые стойки, пока не затрясутся ноги и не заболят мышцы.

А что делала сестрица? Она училась вышивать гобелены и превращать в опасное оружие придворные сплетни.

В каком-то смысле она использовала нас втёмную, и я не уверен, что когда-нибудь смогу простить ей это.

Но всё то время, что мы провели у Пэна, у нас всегда оставалась маленькая надежда, что сестра отменит наше изгнание и примет нас обратно без условий или сделок.

Теперь эта надежда потеряна – словно из груди вытащили ребро, и стало сложно ровно держать корпус.

Дарлинг отступает на шаг и берёт меня под руку.

– Я чувствую, что ты загоняешься.

– Вообще нет, – возражаю я, не вылезая из своих тоскливых мыслей.

– По какому поводу?

Я гляжу вперёд на дорогу: мы приближаемся к границе с Крюком, а это значит, что если я поверну налево в любой точке, то двинусь ровно к территории фейри. Меня до сих пор туда тянет, больно находиться от родной земли так близко.

Лунный свет скользит по лицу Дарлинг – она смотрит на меня из-под пушистых ресниц.

– Я злюсь на сестру, – признаюсь я. – Вроде и не хочу, но всё равно злюсь.

Баш подходит к Дарлинг с другой стороны и обнимает её за плечи.

– Ему не нравится мысль, что мы должны её убить.

– Постой… вы что?

Я испытываю от этой перспективы такое же отвращение, что сейчас звучит в голосе Дарлинг.

– Она ни за что не остановится первой, – заявляет Баш. – Меня это устраивает. Я достиг гармонии с миром.

– Мне бы твою невозмутимость, – вскидываюсь я.

– Либо она, либо ты, брат. Всегда выбирай себя.