Книга Баронство в подарок, страница 16 – Экле Дар

«…Ваше Величество, будучи обременен тяжким недугом, я, однако, непрестанно мыслю о будущем нашего королевства и, в частности, о судьбе юной баронессы Гайдэ фон Рокорт, Вашей крови. Дабы невежество сего дитяти не послужило позору для нашего рода и дабы подготовить ее к высокой участи супруги моего сына и управлению вверенными ей землями, я осмеливаюсь испрашивать Вашего высочайшего соизволения…»

Далее следовал список просьб. Я просила прислать в баронство наставников за счет казны короны — верный способ сэкономить деньги баронства и придать запросу вес.

«…Ученого мужа, дабы обучить ее истории, праву и экономике Силесты, дабы в будущем в советах она не выглядела несведущей. Мастера клинка, дабы привить ей основы владения оружием, ибо в наше неспокойное время и даме подобает уметь постоять за честь и жизнь. И, дабы расширить ее кругозор, преподавателя основ магических знаний, дабы она понимала речи магов и не была обманута в делах, с оными связанных…»

Я делала ставку на тщеславие королевы. Демонстративная забота о «ее крови» и будущем вассала должна была польстить ей. А упоминание о «позоре для нашего рода» — намекнуть, что необразованная племянница может испортить ей репутацию.

Письмо было запечатано печатью Торвальда (я аккуратно расплавила воск на свече и прижала его перстнем, который стащила из его комода) и отправленос королевским гонцом.

Ожидание заняло несколько недель. Наконец, прибыл ответ. Не от королевы лично, а от ее канцлера. Разрешение было дано. Корона, к моей радости, брала расходы на себя.

И вот в замок один за другим начали прибывать новые люди.

Первым появился Келвин. Пожилой, с седыми висками и пронзительным взглядом бывалого воина. Он молча осмотрел меня с ног до головы, и на его лице не было ни подобострастия, ни пренебрежения — лишь профессиональная оценка.

— Барышня, — коротко кивнул он. — Говорят, вам нужно научиться держать клинок. Начнем с осанки. Плечи расправить. Меч — это не палка, им не машут, им думают.

Следующим был Магистр Орвин. Сухопарый старец в потертой мантии, с добрыми, умными глазами. Он пах пылью древних фолиантов и знаниями.

— А, юная леди! — просиял он, увидя полки библиотеки. — Наконец-то мне выпала честь просвещать пытливый ум, а не оттачивать спесь какого-нибудь графчика! История — это не скучные даты, это драма человеческих страстей и экономических интересов!

И, наконец, прибыл маг. Вернее, маг-ритуалист. Элдор. Худой, с неприятно-масляным взглядом и вечной снисходительной ухмылкой. Он был облачен в темные мантии с вышитыми знаками и с порога заявил:

— Женский ум редко пригоден для постижения высших истин, но я исполню свой долг перед Короной. Не надейтесь на многое.

Я смерила его взглядом, на лице — маска почтительной внимательности. «Поглядим, господин ритуалист, — подумала я. — Поглядим, кто кого будет просвещать».

Теперь у меня была команда. Воин, ученый и… источник информации о магии, каким бы неприятным он ни был. Великая Мистификация получала новое, мощное подкрепление. Игра становилась все сложнее, а мои шансы — все весомее.

Мои дни превратились в строгий, выверенный график, где каждая минута была на счету. Я жила с постоянным, грызущим чувством страха — страх, что мистификация раскроется, что Регент неожиданно умрет или, что хуже, поправится, что королева поймет маневр. Этот страх был моим топливом. Он заставлял меня впитывать знания с жадностью утопающего.