Книга Баронство в подарок, страница 14 – Экле Дар

Там, как я и приказала, с кровати убрали все мягкое, оставив голые доски. Мы так же осторожно переложили его туда. Я прощупала пульс — частый, нитевидный. Шок.

— Теперь все, вон! — скомандовала я, обводя взглядом столпившихся в дверях слуг. — Элла, принеси воды и чистых тряпок. Остальные — ждите вызова.

Дверь закрылась. Я осталась наедине с человеком, который еще утром был моим тюремщиком, а теперь лежал беспомощный, полностью зависящий от меня.

Я смочила тряпку и протерла ему лоб, говоря ровным, монотонным голосом, каким говорят с ранеными:

— Дышите ровно. Вам нельзя двигаться. За помощью уже послали. Вам скоро помогут.

Я не знала, кто и когда приедет. Но я сделала все, что могла. Остановила панику, и мобилизировала пострадавшего, создала относительно стерильные условия.

Торвальд смотрел на меня. В его глазах не было ни благодарности, ни ненависти. Только чистый, первобытный страх смерти и... недоумение. Кто эта девочка, которая командует слугами и знает, что делать с разбитой спиной?

Я села на стул у его кровати, чувствуя, как дрожь наконец-то накрывает меня с головой. Адреналин отступал, оставляя пустоту и леденящее осознание.

Регент, единственная реальная власть в замке, был обездвижен. Возможно, навсегда.

И теперь я осталась здесь одна. С перепуганными слугами, огромным поместьем и внезапно свалившейся на мои хрупкие плечи свободой.

Я посмотрела на бледное, искаженное болью лицо Торвальда.

«Ну что ж, господин Регент, — промелькнула у меня в голове горькая мысль. — Похоже, мои уроки только что начались. И первый из них — урок власти. Жаль, что вы стали наглядным пособием».

Кабинет Торвальда пахло теперь не только пылью и воском, но и лекарственными травами, доносящимися из его покоев. Я сидела за его столом, погруженная в груду свитков и в кожаном переплете книг — отчеты за последние пять лет. Цифры говорили красноречивее любого обвинения: систематическое разорение. Доходы от рудников падали, хотя, судя по старым планам, жилы далеко не исчерпаны. Лесопилка простаивала месяцами. Налоги с крестьян оставались непомерно высокими, а вложения в инфраструктуру — нулевыми.

Чтение отчетов было одним делом. Встреча с управителями — другим. Эти люди, привыкшие к прямолинейным и зачастую глупым приказам Регента, смотрели на меня с откровенным подозрением. Сила здесь не работала бы. Работать должно было искусство.

Первым был управляющий полями, сухопарый мужчина с вечно усталым лицом по имени Лоренц.

— Господин Регент ознакомился с отчетами, — начала я, отложив свиток в сторону. — Его беспокоит урожайность на южных полях. Он просил меня спросить у вас, как специалиста: если бы дренажные канавы там были расчищены, помогло бы это уберечь посевы от весенних паводков?

Лоренц смотрел на меня, медленно переваривая вопрос. Он ждал приказа или выговора, а получил — запрос экспертного мнения.

— Э-э… да, барышня, конечно, — он прочистил горло. — Вода стоит там каждую весну, корни гниют. Но на расчистку нужны люди, время…

— Ясно, — кивнула я, делая пометку на листе. — То есть, это технически осуществимо и принесет реальную пользу. Господин Регент будет рад узнать, что его догадка верна. Он поручил мне внести это в план работ как вашепредложение. Разумеется, с указанием необходимых ресурсов.