Книга Баронство в подарок, страница 64 – Экле Дар

Я подошла к карте Силесты и Аджарии, висевшей на стене. Там, за горами, лежала земля обетованная, где я могла бы быть свободной. Но между мной и ею стояла не только горная цепь, но и несокрушимая стена закона, возведенная мужчинами для того, чтобы такие, как я, оставались в своих клетках.

Отчаяние снова подступило к горлу, но на этот раз оно было другим. Не паническим, а холодным, яростным. Если я не могу уйти, значит, мне нечего терять. Если закон против меня, значит, я буду сражаться вне закона. Если клетка не открывается, значит, ее нужно разбить.

План, отчаянный и безумный, начал медленно формироваться в моей голове. Он был полон рисков и мог стоить мне всего. Но это был единственный шанс. Шанс не на побег, а на то, чтобы выиграть эту войну здесь и сейчас. И Агнес, сама того не зная, дала мне последний, решающий толчок.

Отчаяние — странный катализатор. Оно может парализовать, а может заставить мозг работать с бешеной скоростью, выискивая любую, даже самую призрачную возможность. После визита Агнес мой разум был подобен перегретому паровому котлу, готовому взорваться. Идея фиктивного брака, мелькнувшая как спасительная искра, не давала мне покоя.

Это было безумием. Рискованным, отчаянным безумием. Но другого выхода я не видела. Если я не могу продать земли и уехать, значит, нужно изменить свой статус. Замужество — единственный законный способ для женщины в Силесте выйти из-под опеки. Брак автоматически делал меня совершеннолетней в глазах закона, пусть и передавал все права мужу. Но если бы этот муж был... союзником? Или, по крайней мере, нейтральной стороной, с которой можно было бы заключить сделку?

Я провела всю ночь в библиотеке, зарывшись в пыльные фолианты силестанского законодательства. Воздух был густ от запаха старой бумаги и воска. Я искала лазейку, любое упоминание, любой прецедент. Свечи догорали, а я лихорадочно листала страницы, пока глаза не болели от напряжения.

И я нашла. Не четкую лазейку, а скорее... отсутствие запрета. Законы Силесты, написанные мужчинами и для мужчин, действительно давали опекуну почти неограниченную власть над незамужней подопечной. Он мог контролировать ее финансы, выбирать ей мужа, диктовать условия жизни. Но была однаинтересная деталь, сохранившаяся с древних времен, когда браки были инструментом политических союзов.

Статья 147 Кодекса о дворянских родах и наследии:«Опекун несовершеннолетнего дворянина или дворянки обязан дать свое согласие на брак, дабы оный брак не порочил честь рода и не умалял его статус. Однако, если лицо, вступившее в брак по своей воле без согласия опекуна, докажет, что супруг(а) равен или выше по титулу и происхождению, брак признается законным, а опека — прекращенной.»

Я перечитала эти строки несколько раз, не веря своим глазам. Это было оно. Закон не давал мне права выйти замуж без согласия Торвальда... но он и не криминализовал это в полной мере! Если я найду дворянина, равного или выше меня по статусу (баронесса), и выйду за него замуж, брак будет считаться действительным, а опека Торвальда — автоматически прекратится! Мне не нужно было его разрешение. Мне нужен был лишь подходящий кандидат и... смелость пойти против его воли.

Конечно, последствия были. Торвальд и Фредерик пришли бы в ярость. Они могли оспорить брак, сославшись на мое «нестабильное психическое состояние» или на давление. Они могли попытаться силой помешать ему. Это была бы юридическая и, возможно, даже физическая битва. Но это был ШАНС. Шанс вырваться из их лап законным путем.