Книга Зимняя романтика. Адвент-календарь историй о любви, страница 130 – Коллектив авторов

Я обещала себе помнить об этом, когда в следующий раз попытаюсь послать Санту за то, что подкинул мне парочку испытаний в канун Рождества.

Свеча еще горела, когда я снова пробралась на территорию чужой частной собственности с семью огромными коробками. Они предназначались для моих младших сестер, кузин и единственного десятилетнего кузена. Достала из кармана клочок бумаги с просроченным штрафом и надписью«Счастливого Рождества! P.S. Деньги в кошельке можешь оставить себе, но, пожалуйста, вышли кредитки по адресу ниже. Воровать – плохо. Санта».

Я не смогла уехать, не убедившись, что дети получили подарки, а их родители, если те вообще имелись, не выкинули или не продали их. Я просидела в машине до трех часов утра и несколько раз засыпала, но каким-то чудом проснулась именно тогда, когда мальчик вышел на порог с шоколадкой и разноцветным носком в руке. Он шел готовить младшей сестренке сюрприз от Санты.

Детская радость, озарившая лицо не по годам взрослого мальчишки, снова пробила меня на слезы. Я истерично зарыдала, а за окном хлопьями валил снег.

– Эй, Санта, – послышалось сбоку.

Подскочив от неожиданности, я чуть не пробила макушкой дыру в потолке.

Джейки очаровательно улыбнулся и протянул мне носок. Я открыла дверь, чтобы поговорить с мальчиком, но он бросил носок в салон машины и, оставляя следы на снегу, побежал к подаркам.

– Спасибо, Санта! Я в тебя верю! – закричал он, пока я, хлюпая носом, жевала дешевую шоколадку из носка и пересчитывала кредитки.

– Эмми? – вдруг послышался с пассажирского сидения голос моего парня.

Я застыла. Нет. Не может быть.

– Эмми, – повторил Джейк, положив руку на мое плечо. – Может быть, уже поедем?

У меня задрожали пальцы и подбородок, но я повернула голову вправо и просто уставилась на своего парня, который, почему-то, действительно, черт подери, сидел в моей машине!

– Что происходит? – мысленно похоронив себя и свою психику, хрипло спросила я.

Джейк странно на меня покосился. Выглядел он устало, будто сидел со мной в машине все последние пять часов. Золотистые завитки прилипли ко лбу и вискам.

– Мы едем к твоим родителям на Рождество?

– Ты ведь ненавидишь Рождество…

Джейк сморщился и теперь откровенно глазел на меня как на сумасшедшую.

– Ты что-то перепутала, Эмс, – приложив руку к моей пылающей шее, чтобы проверить температуру, пробормотал он. – Я обожаю Рождество. Этот праздник заставляет меня верить в чудо.

Кто работает в новогоднюю ночь? Конечно, Шувалов.

Подменю, Паш, не проблема. Жене привет, селедки там не переешь.

Да-да, студентам лишние деньги не помешают… Спасибо за возможность, Тимур Владленович!

Миша крутанул руль и припарковался на обочине дороги между фонарем и старым раскидистым дубом. Толстый ствол оплели гирляндой с разноцветными мигающими лампочками. Гирляндами сияли окна, витрины магазинов и даже периметр лобового стекла – такой вот хитрый маркетинговый ход от хозяина таксопарка. Миша подозревал, что через пять недель на зеркало заднего вида придется повесить плюшевое сердце на веревочке.

Приложение молчало. В другой, более оживленной части города клиенты наверняка найдутся, но до полуночи осталось всего пятнадцать минут. Вот-вот можно будет позвонить в другой часовой пояс, домой. Там Новый год уже встретили, но не спят еще – ждут, чтобы «дзинькнуться» через экран бокалами шампанского. В Мишином случае шампанское будет безалкогольным, а бокалом послужит пластиковый стаканчик.