Книга Марианна. Попаданка в нелюбимую жену, страница 92 – Дора Коуст

— А укуси, если станет подслушивать, — спустила я его на стол, а сама отправилась в кабинет.

Стучать не стала исключительно из вредности. Ожидала увидеть пожилую даму в качестве собеседницы супруга, но по другую сторону изящного письменного стола с резными ножками сидела примерно моя ровесница.

При моем появлении она непонимающе нахмурилась, а когда я встала рядом с Арсом, останавливая пальцами нечто похожее на перо с чернилами, так и вовсе открыла рот.

Супруг посмотрел на меня с не меньшим любопытством.

— Графиня Татия ер Толибо, — представилась я и без приглашения заняла второе кресло по эту сторону стола.

Забрав документ, который уже начал подписывать Арсарван, бегло перечитала строчки. Часть текста была отпечатана словно на пишущей машинке, тогда как вторую часть следовало заполнять от руки.

Леди ер Тайкер опомнилась быстро. Поднявшись на ноги, она лучезарно улыбнулась.

— Мы рады приветствовать вас в нашей конторе, Ваше Сиятельство, — проговорила она.

В этот момент утонченная блондинка показалась мне спонсором конкурсов красоты, зефира с нулем калорий и розовых мишек. Бархат изумрудного платья подчеркивал каждый изгиб ее тела, добавляя глубины выразительным зеленым глазам.

В просторном кабинете пахло духами. Яркий аромат однозначно входил в категорию тех, что тянулись шлейфом за своей хозяйкой еще два квартала.

— Значит, дополнительным персоналом вы нас обеспечите завтра к утру. И всего по золотому на человека в день. То есть три золотых за три дня? — уточнила я с такой же милой улыбкой.

— Мы вынуждены доплатить за срочный заказ. У леди остается мало времени, чтобы подыскать для нас подходящих людей, — объяснил такие баснословные суммы Арсарван.

— Три дня. Три золотых на человека, — повторила я, прикидывая сумму в уме. — А сколько человек вы сможете нам подыскать?

— Думаю, что дюжину найду без проблем, — присела леди, взглядом прося помощи у графа.

Я на Арсарвана не смотрела. Между прочим, на нас сейчас откровенно пытались нажиться, а я ой как не любила подобное. Всеми фибрами души ненавидела тех, кто принимал доброе отношение за приглашение присесть на шею.

Пожалуй, это была одна из причин, почему меня не любили однокурсники.

Машке как старосте приходилось отмечать тех, кто присутствовал на лекции. Но некоторые товарищи считали, что записать их на листочек она просто обязана, даже если из десяти они посещали лишь одну пару. Я такой добренькой не была и безжалостно вычеркивала особо отбитых и непонятливых.

Машка ведь себя этим подставляла. Преподаватели прекрасно видели, что из сорока человек постоянно ходили лишь десять. Этим-то хоть бы хны, а она краснела и выслушивала.

— Значит, двенадцать. То есть тридцать шесть золотых за три дня, — подытожила я сварливо. — Здесь не указано, какая сумма в итоге отойдет наемным работникам. Одиннадцать серебряных за день? Или десять? Вы рассчитываете откупиться от них четырьмя золотыми? Ваш заработок впечатляет наглостью, леди.

Хозяйка мгновенно вспыхнула. Ее красивое лицо пошло багровыми пятнами. Она едва не задохнулась от возмущения:

— Мы действуем в рамках закона!

— Какого закона, леди? — Я улыбнулась, но эта улыбка была холодной, практически ледяной. — Вы работаете на наших землях и пытаетесь обокрасть нас на тридцать два золотых? Этот договор не дает никаких гарантий, что к завтрашнему утру вы предоставите нам дюжину чистоплотных, трудолюбивых, знающих свое место работниц.