Книга Искушение для ректора, страница 49 – Наталья Гордеевская

– Вы обещали мне ничего не делать, помните? – торопливо прошептала я.

- Неверно, Лили. Я обещал не покушаться на твою невинность, - напомнил он, откидывая прядь волос с моего лба. – Но я не обещал, что не буду тебя целовать.

Он отпустил мою руку и прижал к себе еще теснее.

- Не… надо, - испуганно прошептала я, упираясь в его плечи, но было поздно.

Его обжигающий взгляд упал на мои губы и через секунду ректор смял их жадным требовательным грубым поцелуем, вынуждая раскрыться под неумолимой давящей силой.

Я протестующе запищала и заколотила кулаками по его плечам в попытке освободиться. Но несмотря на то, что его стальная хватка не давала мне вырваться, страха не было, лишь ласковое тепло разливалось по телу.

Его ладонь лежала на моем затылке, не давая возможности увернуться, а поцелуй все продолжался: бесконечный, лишающий воли и путающий мысли.

Неожиданно все прекратилось: он отпустил меня и шагнул назад, тяжело дыша. Ректор смотрел на меня холодно, чуть прищурившись, словно ожидая моей реакции.

Рука непроизвольно взметнулась в попытке залепить ему пощечину, но он успел ее перехватить.

- А вот это уже лишнее, крошка Лили, - высокомерно процедил он сквозь зубы.

- Как вы посмели? – возмущенно закричала я. – Вы же обещали!

- Я сдержал свое обещание, - его тон был ледяным. – Тебе не в чем меня упрекнуть.

Он стремительно развернулся, схватил свою черную кожаную куртку, которая была переброшена через спинку кресла. и сказал:

- Я оставлю тебя до утра. В шкафах ты найдешь то, что тебе может понадобиться. Пользуйся всем, чем захочешь. Женской одежды у меня нет, так что можешь переодеться в мою.

- Куда вы пойдете? – пробормотала я.

- Это неважно, - он отмахнулся. – Проветрюсь, а не то не смогу за себя ручаться. Утром я отвезу тебя в академию.

Ректор открыл входную дверь и ехидно бросил:

- Спокойной ночи, крошка Лили! Чудовище покидает красавицу, твой целомудренный сон никто не потревожит.

Щелкнул замок, и воцарилась тишина.

Еле дойдя до кресла, я присела и прижала холодные ладони к горящим щекам.

Что только что произошло? Сначала он целует меня так, словно имеет на это полное право, а затем оставляет одну.

«Конечно, он имеет на это право! – ядовито заявил внутренний голос. – Он же тебя купил со всеми потрохами!»

Засвистел закипающий чайник, и этот звук вырвал меня из мыслей.

Я выключила огонь и решила обследовать квартиру, в которой мне предстояло переночевать в гордом одиночестве.

Обнаружив туалетную комнату, я почти застонала от восторга. Она была огромная, с глубокой белоснежной ванной, на полках теснились бутылочки с шампунем и мылом, на крючке висели белоснежные полотенца и мужской халат синего цвета.

Может, мне быстренько принять душ? Даже если ректор передумает и вернется, то на двери ванной комнаты есть щеколда.

Взглянув на себя в зеркало, я ужаснулась: лицо бледное, губы припухли, под глазами залегли тени, волосы в беспорядке, а разорванный ворот платья слишком сильно открывал грудь.

После горячего душа я почувствовала себя намного лучше. Пришлось надеть халат ректора, который мне был очень велик, и его полы волочились за мной, как шлейф. Подогнув рукава повыше, я решила поискать иголку с ниткой, чтобы попытаться зашить платье.

Не пойду же я в таком виде в академию, все решат, что я подрабатывала в городском борделе.