Книга Душа на замену, страница 69 – Рада Теплинская

Утро началось не просто рано, оно наступило, казалось, всего через несколько коротких часов беспокойного сна, когда первые, ещё робкие лучи нового дня начали пробиваться сквозь тяжёлые шторы, окрашивая комнату в мягкие пастельные тона. Быстро, почти машинально, я съела лёгкий завтрак, состоявший из травяного чая и тонкого ломтика хлеба, и не менее проворно, но тщательно, как того требовали правила приличия, оделась. Прислуга, суетившаяся вокруг меня с привычной отстраненностью, помогала мне с застежками и лентами, пока я мысленно готовилась к предстоящей встрече. Напряжение нарастало с каждой минутой, пока в дверях не появилась Лисия, моя верная горничная. Ее лицо светилось сдержанным волнением. «Они уже здесь, госпожа», — тихо сообщила она, и это простое известие мгновенно развеяло остатки утренней сонливости, наполнив воздух предвкушением. Мой опекун, льер Олистен, не заставил себя долго ждать.

Его появление было подобно вихрю в тихой комнате, несмотря на то, что он двигался спокойно. Высокий, с мощными плечами, он излучал властную, но в то же время сдержанную энергию. Его пронзительный и внимательный взгляд скользнул по мне, словно сканируя каждую деталь моего облика, оценивая и анализируя. Я чувствовала себя под микроскопом, стараясь сохранять невозмутимый вид и тщательно продуманную позу. Затем его взгляд скользнул по комнате, медленно обшаривая каждый уголок. Он задержался у комода, где я как бы невзначай разложила несколько любовных романов в яркихобложках — моя небольшая, но тщательно спланированная провокация. Один из них, с девичьим личиком на обложке и многообещающим названием, он даже взял со стола, задумчиво пролистал несколько страниц и лишь потом, к моему внутреннему ликованию, удовлетворенно хмыкнул. Чтобы поддержать легенду о невинной, немного наивной девушке, я изобразила лёгкое смущение, покраснела и опустила глаза, слегка теребя подол платья. Это была игра, спектакль, и, судя по тому, что он на секунду замолчал, а затем едва заметно кивнул, он остался доволен моим поведением. Я же, скрывая за опущенными веками блеск веселья в глазах, с трудом сдерживала широкую улыбку, предвкушая задуманную шалость, которая ждала своего часа.

Идти пришлось совсем недалеко, что само по себе стало небольшим сюрпризом. Оказалось, что одну из гостевых комнат, расположенную этажом ниже, спешно переоборудовали в учебный класс. Говорить «переоборудовали» было бы слишком громко: просто вынесли громоздкую кровать, а на ее место посреди комнаты небрежно поставили большой стол и один стул. У окна примостилась тренога с небольшой доской для письма мелом, а рядом — еще одно кресло и массивный стол, очевидно, предназначенные для учителя. Комната казалась пустой и гулкой, в ней стоял лёгкий запах старых книг и свежего мела, что само по себе противоречило её прежнему назначению.

В этой импровизированной аудитории нас ждали три человека, или, точнее, три дракона, потому что у каждого из них были отличительные знаки их истинной сущности — тонкие изящные драконьи татуировки или едва заметные переливы в глазах. Первым был высокий сухощавый старичок с удивительно длинными седыми волосами и такой же белой, роскошной, как у Хоттабыча, бородой. Его проницательные глаза смотрели изучающе, но беззлобно. Он должен был посвятить меня в тонкости математики, а также познакомить с древними обычаями и традициями драконов и, что немаловажно, объяснить особенности законодательства Алидии — обширного и сложного предмета. Второй, самый молодой из троицы, был высоким и гибким, с лёгкой, почти танцевальной походкой. Его представили как учителя танцев и этикета. Третий мужчина, по возрасту очень похожий на моего опекуна, такой же крепкий и широкоплечий, с цепким взглядом, был назначен наставником по магии и целительству, а также должен был помочь мне с чистописанием. Мне сразу подумалось, что это очень, очень удобно — один человек на столько ответственных предметов. И не сэкономили ли на мне в очередной раз? Но, как говорится, я не удивлена — уже привыкла к такому подходу.