Книга Душа на замену, страница 77 – Рада Теплинская

Именно в этот момент, когда я предавалась этим беспокойным мыслям, во время очередного утомительного урока этикета, в комнату ворвалась Лиссия. Обычно сдержанная, она была взволнована и тяжело дышала, передавая мне срочные указания Льера Виллема: я должна была немедленно переодеться во что-нибудь более презентабельное и как можно скорее явиться в библиотеку. Несмотря на настойчивость в её голосе, я позволила себе на мгновение успокоиться. Я пошла в свою комнату и не спеша выбрала самый приличный наряд: мягкий костюм из шаровар и туники зелёного цвета, тот самый, в котором я была на первой, немного пугающей встрече с магом. Он был практичным, удобным и в то же время элегантным — разительный контраст с тесными платьями, которые часто предпочитали другие девушки, и именно поэтому я выбрала его.

Одевшись, я направилась в библиотеку, приняв подобающее выражение раскаяния и скромно опустив глаза. Это было отработанное действо, призванное создать образ почтительного, хотя и слегка озадаченного, подчинения. Я знала, что лучше не привлекать к себе лишнего внимания. Однако, как только я переступила порог, по элегантному помещению прокатился низкий, незнакомый и крайне недовольный голос, прорезавший тишину, словно острое лезвие.

— Полагаю, Льер Виллем, — начал голос, и в каждом его слове слышалось плохо скрываемое обвинение, — я оставил вам достаточно средств для приличного гардероба моей подопечной. И, должен сказать, её состояние выглядит скорее… лучше, чем описывал мне Льер Минас. — Голос сделал паузу, а затем добавил с сарказмом. — Или, возможно, оставленных мной припасов было недостаточно для нужд вашего дома?

По моей спине пробежал холодок, напрягая мышцы. Я подавила инстинктивное желание резко поднять голову и вместо этого осторожно, едва заметно подняла глаза, стараясь не выдать своего растущего любопытства. От того, что я увидела, мне захотелось то ли радоваться, то ли горевать. Он был высоким, крепко сложенным и безупречно одетым. Он был значительно выше обычного мужчины, даже выше моего опекуна Виллема, который и сам был мужчиной внушительного роста. Он выглядел немного старше Виллема, возможно, ему было под сорок или чуть больше, но, в отличие от светловолосого Виллема, этот мужчина был жгучим брюнетом. Его тёмные, почти чёрные, слегкаволнистые волосы доходили до плеч и были искусно уложены, обрамляя лицо, на котором в данный момент читалась едва сдерживаемая ярость.

Его тёмные, резко изогнутые брови, которые люди называют «домиком», были глубоко нахмурены, а в ярких, пронзительных голубых глазах, казалось, сверкали молнии. Я почувствовала огромное облегчение, осознав, что его гнев, к счастью, был направлен не на меня. Его губы были сжаты в тонкую, напряжённую линию, а скулы резко очерчены и напряжены от возмущения. Грубые, несколько суровые черты его лица ещё больше подчёркивала лёгкая, почти аристократическая щетина. И всё же, несмотря на ощутимую, почти пугающую силу его эмоций, он был бесспорно привлекателен.

Однако по-настоящему моё внимание привлекла его уникальная магия. Она окутывала его яркой, живой аурой, мерцающей пульсирующими алыми вспышками, словно угли в скрытой кузнице. А из ноздрей невидимого дракона, который, несомненно, был с ним связан, медленно поднимались в воздух густые и тёмные кольца дыма, такие мощные и яркие, что я невольно задалась вопросом, не воспламенится ли его богато сшитая одежда.